Смутно припоминающие собой Иосифлянок и по-прежнему несущие гнет социальных различий бабушкины лавочки теперь стали местами встреч и отдыха. Боярышня Дуняша задает провокационный вопрос о равенстве, став центром внимания в новом пространстве, где уют и удобства делают каждый уголок домашним....
Похоже, «Боярышня Дуняша 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Думаю, что самое сложное будет продать.
Еремей задумался, повертел лист с набросками.
— А скамейки твои?
— Одну сделаем, чтобы показать товар лицом, но потом лучше кое-что заказывать у мастеров, а самим соединять детали, покрывать кожей… там надо по-особенному.
— И всё-то у тебя не как у людей!
— У людей всё жёстко, а у меня попа болит без подушек сидеть.
— Жёстко ей! — проворчал Еремей, но не удержался, подхватил внучку, посадил к себе на колени и приобнял. — Ты с князем-то будь осторожней, языком не трепи.
— Да когда я… — Дуня осеклась и уже тише добавила, что всё понимает.
— Князь тебя ждёт, поэтому как приедешь в город, переоденься и подходи ко мне в приказ.
— Хорошо.
Еремей поцеловал внучку в макушку и отправил в дом, чтобы комары не заедали, а сам остался посидеть, подумать, как дальше жить. Если у Милославы получится пошить защитные жилеты, то лучше бы их отвезти в Новгород и там пристроить на продажу. Здесь из иноземцев одни строители, да лекари, а там всякого сброда навалом.
Тут Еремей хлопнул себя по лбу: можно же не в Новгороде, а в Пскове продать! Там Пучинков посоветует, кому выгоднее сбыть жилеты и маленькие креслица для нежных поп! Еремей усмехнулся, вспомнив возмущенное лицо мелкой егозы. Но думы его перешли к Машенькиной судьбе. Надо было определиться с её будущим. Поездка в Псков поможет ударить по рукам или разойтись.
Еремей посмотрел на занимающихся своими делами крестьян. Он понимал, что легко может всех их закабалить, так как никто из них не сможет выплатить ему в этом году сбор, а с него-то княжьи люди своё возьмут.
«Если не будет следующего набега», — сам себе буркнул Еремей.
«А мы крепостицу поставим, как Фёдор в начале лета задумывал», — голосом внучки пропищало особое мнение голове боярина.
«Поставим, — не стал спорить Еремей, — а где воёв взять, чтобы защищали её?»
«Удержим поселение, не дадим людям по миру идти — будут деньги на воёв! Сам же говорил, что народ — основа всего!»
Еремей прихлопнул комара и придирчиво оглядел держащихся его людей.
Надо вместе вставать на ноги.
