Смутно припоминающие собой Иосифлянок и по-прежнему несущие гнет социальных различий бабушкины лавочки теперь стали местами встреч и отдыха. Боярышня Дуняша задает провокационный вопрос о равенстве, став центром внимания в новом пространстве, где уют и удобства делают каждый уголок домашним....
Похоже, «Боярышня Дуняша 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Народ входил во вкус, но тут громкий бас священника оповестил:
— Смягчите свои сердца, помогите обездоленным! — и взяв кружку, потряс ею."
"Все поспешили на выход. Кто-то кидал полушки в кружку, кто-то пошалил и кинул яблоко, но основная масса вывалилась на улицу и продолжила шумные обсуждения, провожая взглядами боярина Еремея, его внучку и сына боярина Волчары.
Глава 8
Дома сидели все молча.
Глава Дорониных посматривал на навязанного гостя, которого назначили быть дядькой при Дуняшке — и впервые не знал, что сказать.
Отче сказал, что Сенька Волк по велению отца всё лето находился при нём и выполнял самую разную работу, но как не было в нём смирения, человеколюбия и душевности, так и нет.
Еремей понимал Григория Волчару: старый Порфирий Ловец был жестоким человеком и сына вырастил подобного себе, а тот своих сыновей воспитывал себе под стать.
— Парень воспринял волю отца со снисхождением, — тихо пояснил ему священник. — Григорий велел ему во всём помогать мне, и тот помогал, не брезговал, но сам словно замороженный.
— А вдруг он мне внучку прибьёт?
— Не бойся. Семён терпелив и не глуп. Он искусный охотник и опытный следопыт, а среди них не бывает заполошных.
— И всё же…
— Ты лучше вот о чём подумай. Твоя внучка обласкана княжеской семьей, но не всем это по душе и особенно её влияние на княжича. Я пресекаю слухи недоброжелателей о Евдокии, но если ты этого не ценишь…
Еремею пришлось спрятать поглубже сомнения и приложить руку к груди, выражая признательность и согласие. А ещё отец Кирилл, усмехнувшись, сказал, что он по примеру его внучки смотрит на проблемы свежим взглядом и внедряет новый подход к пастве.
Сеня Волк сидел рядом, не шевелясь и только глаза его быстро пробежались по обстановке, да изредка взгляд цеплялся за промелькнувшую ключницу или расставляющую на столе еду дворовую девку. На усевшуюся напротив Дуньку он старался не смотреть.
