Ночь за окном разлилась холодным синим светом, и Тоня закрыла глаза от боли в груди. Её соседки вертели страницы книг или шептались о работе, но Тоня держала руку на своем сердце, пытаясь прочувствовать тайны ближних и далёких.
Похоже, «Боярышня Дуняша (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Обезумевший Никифор Палка несся вниз, размахивая руками и не помня себя, и чудо, что не
переломал себе ноги!
Дуню эпическое падение здорово встряхнуло и ей хотелось полежать, прийти в себя, но она
слышала вопли обеспокоенных людей, поэтому кряхтя поднялась и вяло помахала рукой, показывая, что жива. Чувствуя боль в ноге, она осторожно наступила на неё и, сообразив, что
не так уж больно, похромала к княжичу:
— Иван Иваныч, живой?
Он повернул голову к ней и посмотрев на неё шальными глазами, ответил:
— Ох и выпорют нас! — и тоже стал подниматься.
Дуня почувствовала соленую влагу во рту и сплюнула кровью. Подняла руку к губам, думая, что разбила их, но нащупала языком дырку на месте качающегося зуба, предвестника её
гениальных идей. Кровь во рту быстро набралась заново и пришлось вновь сплюнуть.
Княжич задумчиво понаблюдал за ней, пожевал губами и тоже сплюнул красным.
— Кажется, зуб выбил! — сообщил он и растянув губы, показал дырку.
— Молочный? — зачем-то деловито уточнила Дуня.
— Ага.
— Я тоже, — и улыбнулась. Княжич посмотрел и тоже улыбнулся: — У тебя двух зубов не"
"хватает, — сообщил он, и Дуня срочно стала проверять языком. И точно, оба верхних передних
молочных вылетели при ударе, а она так наелась снега, что даже не заметила. На всякий случай
нагнала слюны и ещё раз всё сплюнула, надеясь на то, что промоет собственной кровью дырки
от попавших извне микробов.
Тут к княжичу подбежали холопы и стали его ощупывать, но Иван Иваныч только
недовольно отбивался, а потом сердито рыкнул на них, отгоняя и почти беззвучно повторил
подружке:
— Выпорют.
Она как раз увидела лицо приближающегося княжьего дядьки. Он уже не бежал, а еле шёл и
был ужасно бледен, но в глазах его разгорался дух возмездия! Дуня сразу поняла, что её
будущее висит на волоске. План по спасению созрел мгновенно. Дуня подмигнула княжичу и
громко застонала, театрально раскинув руки, словно бы взывая к небу:
— У-у-умира-а-а-ю-ю!
Мальчишка недоуменно хлопнул глазами, но тут он увидел приближающегося дядьку и его
вид был нехорош, совсем нехорош.
наказание и ему захотелось «умирать» вместе с Дунькой. Уж больно жалостливо у неё
получилась это делать.
Иван Иваныч вцепился в едва держащуюся на ногах Доронину и тоже что-то простонал.
