В жаркий день в городке с невероятной температурой, где асфальт как бы плавится под машинами, милая дама работает на перекресте. Это начало истории о незнакомцах, полетевших во вселенную за чудесным боксерским поединком, и космическом отщепенце из простых своих дел.
- Ой, лажа буде-ет, - я снова занервничала и сделала еще глоточек, потом еще. Илона поспешно вырвала у меня чашку.
- Э-э, мать, не увлекайся. Кончай дергаться. За такого мужика замуж выходишь!
- Я не из-за Сишати переживаю, я из-за своих, земных. Ты просто моих родственников еще не видела, пока.
- Мордобой устроят? - обрадовалась Луня.
- Не дай бог!
- У-у, весело чувствую будет.
- Невеста, внимание! Снимаю! - раздался от двери мужской бас. Я завизжала и постаралась прикрыть все, что ниже шеи, руками.
- Жена капитан нельзя! - возникший оттуда же, из-за двери, Кагараши приподнял за шиворот нерадивого фотографа и вышвырнул в коридор.
- Я же должен сделать фото как невеста и жених одеваются, - лежа на полу, промямлил несчастный труженник чужих свадеб в оправдание. Дальнейшие его слова приглушила закрывшаяся дверь.
- Нет, категорично я тащусь от этого парня.
- Луня, если ты рассталась со своим... - я вовремя по нахмуренным бровям подруги вспомнила о данном неделю назад обещании не поминать черта. - Короче, у них это на всю жизнь, у парня там и так в душе дыра.
- У меня сейчас там тоже дыра.
- У тебя там люк, дорогая, закрылся - открылся - закрылся.
- Очень смешно.
- Мама, я нарядил Дольфа! - на этот раз в комнату влетел счастливый цветик.
- Молодец, - похвалила ребенка подруга, - мама рада. Правда мама?
Я усиленно закивала головой, мелькнула шальная мысль о шкафе с маминой баночкой валерьянки внутри.
- Во-от, - с интонацией опытного врача психотерапевта продолжила Луня. - Мама рада, а теперь иди и помоги Сишати. Ему твоя помощь, я думаю, очень нужна, он ведь иностранец.
- А-а, - Пашка многозначительно подмигнул нам обеим, да так, что мне захотелось провалиться, поскольку только дурак по его подмигиванию не определил, что мой муж - инопланетянин, а затем скрылся с наших глаз.
Туманность - именно так можно назвать нашу свадьбу, ибо все в моем сознании слилось в одно единое облако, через которое я шла с чугунной от страха головой и на ватных ногах.
