В темном подъезде горит неуклюжая лампочка, пульсируя болезненными струйками света и жжение в голове становится невыносимым. Когда она загорается снова после непродолжительного затрещивания, кажется, что это новый вид пыток - довести до безумия, заставить самому себе причиняться такую же боль. Только открыв глаза, поняла, что осталась живой и зрячей....
Похоже, «Болевой порог» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Второй ущипнул пальцами.
– Ох… – прогнулась я в спине, когда острая стрела ударила между ног.
Вслед за ней там оказались его пальцы.
– Разведи ноги шире, – шепнул мне в пупок, – еще, Оля, еще… Хочу, чтобы открылась мне полностью.
Его пальцы прошлись по промежности, заставив меня задрожать. Растерли влагу по моим лепесткам и мягко нырнули внутрь. Я зашипела сквозь стиснутые зубы, подаваясь им навстречу.
– Такая мокрая… – с болезненным стоном выдохнул он, а я была готова кончить от одного только его голоса.
Шевц вытащил пальцы и, проведя ими по моим губам, сам облизал их. Так порочно, закатив глаза, будто это самое вкусное, что он пробовал в жизни. А потом опустился и припал горячим ртом к моей киске."
"Я непроизвольно дернулась и сжалась вся от страха, в любой момент ожидая острой боли. Но… ее не было. Был упругий язык, скользящий вверх-вниз, очерчивающий клитор по кругу. Губы, засасывающие набухшие лепестки, пальцы, действующие в такт языку.
Я задыхалась, хватала воздух пересохшими губами.
– Нравится?.. – проникло в мое затуманенное сознание.
– Нет… пожалуйста… – заскулила я, – не останавливайся…
И он не останавливался. Давление языка на клитор усилилось, толчки пальцев внутри меня участились. Уже себя не контролировала. Вцепившись руками в его волосы, сама елозила промежностью по его лицу.
– Да… да… да… – звонко закричала я, падая в пропасть оргазма, взрываясь на лету на мириады атомов.
– Бляяя… – рычание над ухом, и он впился в мой рот с моим вкусом на губах.
Резкий толчок. Шевц ворвался сразу до упора в мое, еще пульсирующее лоно.
– Димаааа….
Он ловил ртом мое хриплое дыхание, со всего маху вбиваясь в мое послушное тело, непрестанно шепча на ухо пошлые нежности. А я плавилась в его руках, языком собирая бисеринки пота на висках. Дышала им, пропитывалась его мужским запахом. Прикусила кожу за ухом и почувствовала, как совершив финальную серию точных толков, он, зарычав, излился в меня.
Глава 49.
Дима, судя по мерному дыханию уснул, придавив меня ногой. Находится в его комнате, даже в его объятиях, было не по себе. Чувствовала себя здесь уязвимой. Комната была под стать ему. Черная мебель, черные портьеры, черное постельное белье. И все пропитано им. Его запахом. Его аурой.
Я шевельнулась. Хотела вылезти из-под него незаметно, но услышала:
– Куда?
– Я к себе пойду…
– Нет.
Дима перевернулся на спину и привлек меня к себе на плечо.
