Великолепный Олег Палежин вводит вас в мир довоенных подразделений, где ненависть выходит за пределы военной службы, и каждый шаг взаимоуничтожения сопряжен со злом. "Болевой порог" — это дожественная повесть о Тридцатьхвосьмом, когда война стала уже не просто средством самосохранения, а невыносимым кошмаром для всех, кто туда попал....
Там, где мне приходилось вставать на цыпочки, чтобы дотянуться до педалей, преодолевая крутой подъём на сопку, ГАЗ-66 проходил легко и уверенно. Снег растаял довольно быстро, поэтому дороги снова раскисли. Пехота во время таких подъёмов шла пешком.
Курчалой оказался огромным селом и районным центром. Мы неуклюже вползли в населённый пункт огромной пыльной змеёй. Чеченские девушки изредка улыбались нам, естественно, украдкой, стоя за калиткой, вглядываясь в наши лица. Старики сидели на лавках рядом со своими домами, как сторожевые псы.
Возвышенность, которую мы заняли, имела отметку в девятьсот метров. Груша, яблоня, дуб, тополь – всё покрылось зелёной листвой. Птицы щебечут так не по-военному, что голова кружится. За время, проведённое в Грозном, мы привыкли к совсем другим звукам."
"Машина Скачкова шла позади меня. Я изредка оборачивался в его сторону на подъёмах. Нужно было держать дистанцию.
Я спустился к нему вечером, когда мы закончили рытьё блиндажей и более-менее обжились.
