Великолепный Олег Палежин вводит вас в мир довоенных подразделений, где ненависть выходит за пределы военной службы, и каждый шаг взаимоуничтожения сопряжен со злом. "Болевой порог" — это дожественная повесть о Тридцатьхвосьмом, когда война стала уже не просто средством самосохранения, а невыносимым кошмаром для всех, кто туда попал....
Попасться патрулю – это значит подвести дежурного по роте. Там, среди торговых рядов, боец переодевался в обновку и прятал свою форму в обычный пакет. Схема была отработана не одним призывом и практически не подводила до сегодняшнего дня. Прогнозировать и предугадывать что-либо в армии не смог бы даже министр обороны, а боец срочной службы и подавно. Поэтому, когда по полку поползли слухи о начале боевых действий на Кавказе, ребята просто отшучивались, ссылаясь на быстрое урегулирование конфликта. Мы ведь Россия.
– Пацаны с самоволки вернулись, нет? – спросил боец из наряда у Титова.
– Вот ты дежурному этот вопрос и задай, – ответил сержант, нарочно ударив ведро с водой.
– Просто скоро ротный вернётся, – продолжал мямлить боец, – что ему говорить, если недосчитает?
– А вы всем нарядом раком встаньте и молчите, – засмеялся на всю казарму Серёга.
Скачков наблюдал, как от КПП и до штаба частят офицеры. До обеденного перерыва командир полка уже дважды уезжал и возвращался снова.
«Либо учения, либо важная персона в гости заявится», – думал Саня. Для пополнения ещё рано. В парке выгнали из гаражей боевые машины пехоты, производя осмотры и проверку работоспособности двигателей. Сократились наряды по части, отменили увольнительные и отпуска. Личный состав, занятый на полигоне, вернули в расположение.
«Это военная тайна».
– Дежурный по роте, на выход! – крикнул дневальный.
Дежурный выскочил из каптёрки, гремя тяжёлыми кирзовыми сапогами, поправляя значок на груди. В роту из штаба вернулся командир. На лице капитана блуждала не то задумчивость, не то растерянность.
