Автор
В сумерках, когда уже стало смеркаться, дожди неслись как по приказу небес: весенние дождевые потоки застилали город двумя рядами. Я вышла на платформу станции, подгоняемая свистком дежурного – и словно была выброшена из теплого угла дома в мороз. Там же, в больнице в Гоблинском переулке, начиналась новая история жизни и смерти....
– Черная лента, – негромко сказала эльфийка. – Я дала ему выпить «Синей бездны», чтобы облегчить уход. Ему не больно.
– Он еще жив! Он дышит!
Черная лента, обвязанная вокруг пуговицы, слилась с цветом рубашки, поэтому я ее не заметила. Следовало уйти, но…
– Я попробую. Так нельзя!
Положила ладонь на сонную артерию, вливая силы, одновременно пытаясь стянуть разорванные сосуды. Сломанные ребра раздавили легкие. Селезенка порвана. Осколок кости в опасной близости от сердца. Я мимолетно удивилась, что силы уходят, как вода в решето.
И тут меня вздернули на ноги. В нос ударил резкий запах зелья, восстанавливающего силы. Мэтр Ланселот придерживал меня за талию, а в другой руке сжимал флакон.
– Два глотка! – сурово приказал он. – А после – на улицу, подышать, отдохнуть, остудить голову. Все ясно?
– Но…
– Никаких «но»! Ему не помочь, Грейс!
Белинда проводила меня сочувствующим взглядом. Я, шатаясь, стараясь не споткнуться о разметавшиеся руки и ноги, выбралась из пропитанной страданиями комнаты на улицу.
"Ночная свежесть действительно принесла облегчение. Мэтр Ланселот прав, тысячу раз прав, но как же тяжело оставить больного без помощи. Все мое естество противилось этому…
– Госпожа целительница! – раздался детский тонкий голос.
Ко мне подошел маленький оборотень, тот самый, в чужом свитере до пят.
– Да, малыш?
– Моя мама! Она еще в доме! Я все жду, жду, а ее все нет и нет. Никто не помогает. Никто меня не слышит! Помогите, пожалуйста, госпожа целительница!
*** 25 ***
Я присела на корточки рядом с мальчишкой.
– Пожарные делают все, что могут. Им приходится быть осторожными, поэтому дело движется медленно. Но ее найдут обязательно. Никого не бросят в беде!
Маленький оборотень шмыгнул носом, вытер его рукавом свитера. В глазах стояли слезы.
– Вы не понимаете – ее могут найти слишком поздно! – крикнул он.
Я-то все понимала, но что я могла сделать? В дом меня не пустят.
– Малыш…
Хотелось его поддержать, но я не должна обнадеживать напрасно.
– Сейчас у нас только один выход – ждать.
Он зарычал и вырвался.
– Вы все такие! Говорите одно и то же! И никто не помогает! Тогда я сам! Сам ее спасу!
Глупый маленький смельчак! Что он задумал? Я потянулась схватить мальчишку за шиворот, однако он ловко вывернулся и кинулся к дому, но не к подъезду, через который входили и выходили спасатели, а в обход. Я за ним: авось успею перехватить.
