С тех пор я помню только одно: «Хорошо, но нужно полежать». Теперь снова приходит она, не выдержав долгого ожидания — такая же красивая и печальная, как прежде. Ее внимательность к экрану мобильного телефона заставляет меня завидовать. Вот уже третий день подряд она здесь, сопровождая мое восстановление....
Похоже, «Больно не будет» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Юра и Ярослав совершенно разные, могу ли я любить обоих?
С восьми утра мы с Ярославом на телефоне. Я специально встала пораньше, чтобы поддержать близкого человека. Он мне не чужой, как бы там дальше между нами ни сложилось. Перестал быть чужим с той секунды, как закрыл своим телом.
Яр отказался брать меня с собой — почитал, что процедура не слишком приятная, некоторые даже теряют сознание в процессе, и предпочел пройти через нее в одиночестве. Тем более, сразу после этого его ждет профессиональная чистка зубов и еще один осмотр у хирурга.
«Все, мое время, пошел», — пишет мне.
«Держись, я морально с тобой!»
«Главное, чтобы зубы они мне не вытащили вместе с этой железякой».
«Это неважно! Если что, у тебя есть косынка».
«Ха-ха, Катюша».
Все эти несколько дней, что мы узнаем друг друга поближе, Ярослав торчит у меня. Лишь однажды он ужинал у родителей, но потом все равно приперся пожелать приятных снов.
Каждый день он отвозит меня на работу, встречает через четыре часа. Затем мы где-нибудь обедаем — в основном опять же у меня, я готовлю нам разные супы-пюре, ничего сложного, а он радуется, хвалит! Вчера ходили в кино, а потом в новый бар, где он угостил меня каким-то особенным белым вином.
— Я поднимусь на утренний кофе? — невинно и томно. Боже, ему хоть раз говорили «нет»?! В длинном списке побед скоро появится еще одна — Катерина Сафонова, без пяти минут Фишер, которая была приличной девушкой… когда-то давно.
— Рано, — процедила сквозь зубы, словно это у меня шины. Иначе не получилось, и так дрожала, тряслась. Как масло плавилась под лучами термоядерного. Пять тысяч восемьсот кельвин на поверхности, любая растает и потечет.
— Понял, — легко смирившись, вызывая у меня искренний смех.
Но как же легко с ним! Никакой недосказанности, обид, надуманных сложностей. Если он хочет подняться, говорит об этом прямо, а получив отказ, не строит из себя обиженного.
Его будто и вовсе невозможно обидеть, унизить или оскорбить. Это так странно для меня, привыкшей к общению с более сложными, мнительными мужчинами. Что с папой, что с Юрой зачастую приходится подбирать слова, чтобы случайно не задеть их чувства. Например, во вчерашнем фильме была эротическая сцена с участием известного актера, находящегося в отличной физической форме.
