Автор
По каменистой дороге в горах мы выезжаем к морю, где я на лобовом сидел, а она — впереди за рулем, недовольная и возмущенная. Ехали мы в город для прогулки по набережной и вкуснячков - не так чтобы хотели сладкого, просто мой братик охреневший решил остаться на летнем доме Бариновых с подругой. В темной южной ночи сквозь открытое окно доносилось пение цикад, и по салону тихо шёл разговор обо всем на свете....
Твой подарок, — достает из кармана светлую коробочку. — С днем рождения. Будь еще счастливее в своей Кенгурятии со своими новыми друзьями, но и старых не забывай.
Мои глаза непроизвольно расширяются, когда я вижу браслет из белого золота с двумя цепленными между собой кольцами. Украшение выглядит изыскано и дорого, вот только с дружбой не ассоциируется. Но я не буду ничего додумывать. Чмокнув Костю в щеку, смущенно благодарю и быстрым шагом направляюсь к машине.
— Сам выбирал? — спрашиваю на ходу.
— Консультант помогла.
— А как ты сказал? На английском? Подругу как назвал?
— Герлфренд. А что? Тебе не нравится?
Костя хмурит лоб и явно напрягается, и я спешу его успокоить:
— Мне очень-очень нравится, Коть! Просто этот браслет называется «Вечная любовь», и теперь я понимаю, почему тебе его предложили. Подруг не называют «герлфренд» и «дарлинг», только любимых.
— Правда? Не знал… Но по смыслу-то подходит. У нас с тобой любовь вечная. Столько лет уже, Машка! Всю жизнь!
Я давлюсь воздухом и закашливаюсь. Он вовсе не о той любви говорит, но все равно перебор. То, как он смотрит на меня, как касается и как в принципе себя ведет плохо вяжется с дружбой. Я не знаю, как реагировать, меня раздирает от противоречивых чувств. Если это такая игра, не мешало бы определить правила.
— Да, мы с тобой соединены пожизненно. Выросли в одном дворе, в одной песочнице, — несу какую-то чушь, лишь бы не молчать.
— Ты когда в песочнице игралась, мы с Максом вовсю телок в городском парке клеили. Мала-ая, — смеется Костя.
Он тянется, чтобы потрепать меня по голове, но я уворачиваюсь.
— Ничего не малая, это ты старпер! Понял?
Показав язык, закрываю уши, чтобы не слышать, что он говорит, и несусь к машине. Запрыгнув за руль, достаю украшение и зачарованно рассматриваю.
— Помочь надеть? — улыбается Костя, устроившись на пассажирском месте.
Кивнув, протягиваю руку. Слегка шершавые пальцы касаются нежной кожи запястья. Волоски на руках приподнимаются, я смущенно улыбаюсь. Дружить с Костей Бариновым — это пытка, которую я долго не выдержу. Надо срочно придумать, чем заняться на острове, чтобы свести наше общение к минимуму. Списаться с теми австралийцами из бара, договориться вместе съездить на экскурсию и потусить вечером.
Костя наконец справляется с застежкой. Мы переглядываемся.
