Если продолжишь общаться с Андреем, я дам ход твоему порноделу, тебя посадят и будут в течение всего срока насиловать с утра до следующего утра. Во все пригодные отверстия. А перед этим я лично изобью тебя так, что месяца два ты проведёшь на больничной койке. Я достаточно ясно излагаю свою мысль?
— Я всегда знал, какой ты на самом деле, — говорит он, глядя на меня с нескрываемым ужасом. — Ну что же, хорошо, я с Андреем прерву все контакты, раз ты запрещаешь нам общаться. Но защитит ли это меня от тюрьмы?
— Будет зависеть от тебя. И ещё, советую тебе уволиться с фабрики. Боюсь, на одном предприятии мы не уживёмся.
— Но я ничего против тебя не имею, — доверительно сообщает мне он. — За что ты меня гонишь? Чем я тебе опасен?
Больше я ничего не говорю и выхожу из комнаты, с грохотом хлопая дверью.
— Галя… — говорю я своей перепуганной заместительше и сжимаю перед её носом кулак.
Злобно зыркнув на неё, я прохожу мимо и сбегаю вниз по лестнице.
Поговорил, называется. Лучше бы не приезжал сюда, теперь на весь день настроение испорчено. И, главное, весь такой правильный-преправильный… Бесит! Конкретно бесит. Я уже даже сомневаться начинаю, не зря ли я качу, что называется, бочку на этого милого и чрезвычайно приятного человека.
Сажусь в машину и еду в казино. Здесь у меня запланирована встреча с Цветом. Водитель фабричный, нужно быть поосторожнее, и так он слишком много видел в Новосибе. Надо у Скачкова сегодня будет взять кого-нибудь.
Прошу его остановиться на парковке у стадиона и дальше шагаю с Игорем. Сегодня уже холодно. Настоящая зима. И, хотя снега всё ещё мало, за нос щиплет не по-детски. Мы проходим через Таню и Тоню, вернее, через их помещение, причём ни той, ни другой я не встречаю. Надо потом разыскать Татьяну и поговорить с ней.
Подходим к двери, ведущей в царство азарта, и натыкаемся на двух «реальных пацанчиков» явно опередивших своё время. Они словно из девяностых нарисовались. В спортивных костюмах и кроссовках. Рожи битые, носы и уши переломанные, глаза мутные, стрижки боксёрские.
— Э, куда-на? — встаёт один из них передо мной. — Малолеткам нельзя-на, отсос в натуре.
Я недоумённо смотрю на Игоря, он только головой качает, типа сам в шоке.
— Вы кто такие, макаки? — хмурюсь я.
— Чё сказал? Слышь, малой, ты сказал чё?
Очень хочется ответить в рифму, но я сдерживаюсь.
— Так, расступились, фраера, — вступает Игорь. — Это Бро.
— Да мне хоть ребро, — говорит второй и начинает ржать, демонстрируя стальной блеск металлических зубов.
