Автор
Каждое движение мастерски выполнено безупречно, будь то на руках, лице или теле клиента. Атмосфера пристанища исключительно профессиональная и сосредоточенная — все взвешенно, как будто жизнь каждого человека зависит от этих рук.
Подходит к огромному директорскому креслу черной кожи и, постояв в нерешительности, все же садится. Гриша же, наоборот, проходит на место, где недавно сидел брат.
— Ну и как тебе там?
Гоша сначала молчит, будто прислушиваясь к своим внутренним ощущениям. А потом кивает решительно:
— Нравится!
— Я так и думал, — широко улыбается Григорий.
— Знаешь… — младший задумчиво смотрит на старшего, — а отсюда, с этой стороны стола, все выглядит совершенно по-другому.
— И как же?
Георгий откидывается назад в кресле, демонстративно барабанит по поверхности стола.
— А вот что, Гришенька, голубчик… принесите-ка мне кофе… с коньяком.
Григорий хохочет, запрокинув голову. А потом демонстрирует новому генеральному директору средний палец.
— Георгий Александрович, вон там на аппарате есть кнопочка. Нажмите ее и скажите это Олесе Сергеевне. И будет вам кофе. А где коньяк — ты знаешь сам.
— Что, и коньяк мне оставишь?
— Нет, с собой заберу!
— В таком случае… Я согласен! От такого предложения просто грех отказываться.
— Я в тебе не сомневался.
________________
— Олесечка, это Людмила Свидерская.
— Здравствуйте, Людмила Михайловна.
Попытки наладить более неформальные отношения с секретаршей мужа так и не увенчались успехом. Олеся упорно величала Люсю по имени-отчеству и на ""вы"", но бывала всегда крайне любезна и предупредительна.
— Олеся, Григорий Сергеевич у себя?
— Да, Людмила Михайловна. У него Георгий Александрович. Соединить?
— Не надо, — Люся улыбается. — Передай ему сообщение.
— Записываю, Людмила Михайловна.
Люся улыбается шире.
— Мы беременны.
Карандаш в руках секретарши замирает над листом бумаги, не успев ничего на нем написать. А потом, забыв о субординации, Олеся кричит в трубку, громко, с эмоциями:
— Людмилочка Михайловна! Как же я за вас рада!
— Спасибо, Олеся. Передашь? Надеюсь, Григорий Сергеевич не будет тебя слишком ругать за такое… сообщение.
— Я даже думаю, что могу рассчитывать на премию за это, — смеется секретарша.
___________
Он перезвонил через полчаса.
— Люся, почему я должен узнавать об этом таким образом!?!
— Ты был занят, милый, — воркует она в трубку, шагая по подземному паркингу. А в ответ вдруг молчание.
— Гриша?.. — она останавливается.
— Лютик, ты… ты ведь не пошутила? — теперь его голос звучит очень тихо, едва слышно.
— Гриша, как я могу шутить… о таком? Это правда.
Его шумный выдох отчетливо слышно даже по телефону.
— Я еду домой! Ты скоро будешь?
— Я уже дома. Жду тебя.
