Автор
Каждое движение мастерски выполнено безупречно, будь то на руках, лице или теле клиента. Атмосфера пристанища исключительно профессиональная и сосредоточенная — все взвешенно, как будто жизнь каждого человека зависит от этих рук.
Но этот человек, лишившийся зрения, но не потерявший достоинства, вызывает нешуточный интерес.
— Вам сколько лет? — вдруг спрашивает Валентин Алексеевич.
— Тридцать пять.
— В ваши годы я еще видел. Это случилось… когда мне было тридцать восемь. Когда одна жизнь кончилась. И началась другая.
Гриша не знает, что сказать. ""Мне очень жаль""? Это как-то… фальшиво. И поэтому он молчит, сосредоточенно глядя на дорогу.
— Но я рад, — неожиданно продолжает Савченко, — что она у меня была. ТА жизнь. Никогда не знаешь, когда, в какой момент твоя жизнь вдруг перевернется, да так, что… Ваш брат об этом знает не понаслышке, верно?
Гриша кивает, а потом, спохватившись, добавляет словами:
— Верно.
— Хорошо, что обошлось.
— Да, — соглашается Григорий, — хорошо.
Ну вот, наконец, они и на месте.
— Валентин Алексеевич, сколько я вам должен за консультацию?
— Нисколько. Считайте это подарком на Новый Год. Мы стоим прямо у подъезда?
— Да, — Грише не хочется спорить.
— Не вздумайте, — Савченко открывает дверь, опускает трость на землю. — На чай все равно не приглашу.
___________________
Второй курс массажа весьма отличается от первого. Сейчас у нее совершенно иное отношение к братьям, а те вопросы, которыми она задавалась во время первого курса, кажутся ей теперь ужасно смешными. А еще постоянно что-то происходит — то поездка на сервис с Григорием, то визит Савченко. Или вот, как сегодня…
Люся ждет, когда Гоша разденется.
— Гришка, опять?!
Люся оборачивается.
— Что случилось?
— Он чуть не упал!
— Не упал же, — пожимает плечами Гриша. Но он действительно стоит, опираясь рукой о стену.
— Что происходит? — Людмила переводит взгляд с одного брата на другого.
— У него с шеей что-то! Голову повернуть не может. А если все-таки поворачивает, то головокружение. Вчера с дивана вставал… и не встал! Упал обратно.
— Не преувеличивай, — голос старшего демонстративно бодр. — Я и не хотел вставать.
— Лютик, ты можешь его посмотреть? — Гоша не обращает внимания на слова брата.
— Конечно. Вот с тобой закончу и посмотрю.
— Я, пожалуй, в офис съезжу. Посмотрю, что там и как… — Гриша, наконец, убирает ладонь со стены.
— А ну стоять! — рявкает Гоша. — Люся, сделай с ним что-нибудь! Сейчас, пока он не сбежал.
Людмила берется за спинку стула и ставит его перед собой.
