Министр по делам печати решает посетить школьный вечер встречи выпускников, но неожиданно попадает в центр скандала. Следуя за загадочной Марусей на школьный двор, он оказывается втянутым в историю, где мелкие пакости скрывают опасный заговор. Герою предстоит разобраться, что стоит за...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Большое зло и мелкие пакости»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Министр по делам печати решает посетить школьный вечер встречи выпускников, но неожиданно попадает в центр скандала. Следуя за загадочной Марусей на школьный двор, он оказывается втянутым в историю, где мелкие пакости скрывают опасный заговор. Герою предстоит разобраться, что стоит за...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Министр по делам печати решает посетить школьный вечер встречи выпускников, но неожиданно попадает в центр скандала. Следуя за загадочной Марусей на школьный двор, он оказывается втянутым в историю, где мелкие пакости скрывают опасный заговор. Герою предстоит разобраться, что стоит за...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Послышался мягкий прыжок — кошка спрыгнула с ее колен, и в раковине вновь зашумела вода, очевидно, хозработы были продолжены.
Кое-как Никоненко добрался до конца захламленного коридора и потянул обитую дерматином дверь.
Даже в серый день в мастерской художника Арнольда Шеффера было очень светло. Так светло, что у капитана после сальной темноты коридора и кухни заслезились глаза. Светились потолок и стены, сплошь состоявшие из окон. Свет обливал пустые подрамники, ряды деревянных полок с разложенными трубками бумаги, тюбиками, гипсовыми головами и руками, непонятными приспособлениями и иностранными жестяными банками. Что держат в жестяных банках художники? Краску? Растворители?
На нижних полках были в беспорядке навалены холсты и — как пустые глазницы — старые деревянные рамы.
Капитан вытер глаза ладонью. Ладонь была выпачкана чем-то липким. Очень хотелось вымыть руки, и капитан огляделся в поисках раковины. Раковина нашлась за хлипкой китайской ширмочкой. Раковина была чистенькая, блестящая, и полотенчико было пристроено рядом, свежее и, кажется, даже крахмальное. Очевидно, в мастерской художник Шеффер ухаживал за собой сам, сестру-подвижницу к этому делу не привлекал.
Картин было много, гораздо больше, чем десять. Никоненко, плохо знакомый с жизнью и бытом модных художников, подивился, что их так много. Ему представлялось, что гениальный художник всю жизнь пишет одну гениальную картину, вроде “Явления Христа народу”, голодает и носит холстинковую робу, измазанную краской.
Сначала он обошел мастерскую по периметру, зачем-то приподнимая картины и заглядывая за них. Возле одной он задержался и долго смотрел, вытянув шею, как гусь. Потом усмехнулся и продолжил осмотр."
"Все картины так или иначе напоминали “Кошку на радиаторе” и были Никоненко совершенно недоступны. Двигая подрамники на подставке, он пересмотрел их. Гипсовые руки и головы на полках мешали ему смотреть, заставляли то и дело оглядываться по сторонам и вновь повторять себе, что это просто рабочие материалы, а вовсе не куски человеческой плоти.
В следующем ряду были портреты. Очень странно, но лица на портретах были действительно похожи на лица. Как будто портреты и картины рисовали два совершенно разных художника.
Или как принято говорить? Писали?
— Ну что? — Каркающий прокуренный голос заставил капитана сильно вздрогнуть. — Посмотрели?
Инесса Шеффер стояла на пороге мастерской, кошка терлась о ее ноги, оставляя на брюках клочья серой шерсти. Папиросы не было. Скорее всего, брат запрещал ей заходить в мастерскую с папиросой. Сам он не курил, Никоненко голову мог дать на отсечение — в мастерской не было ни окурков, ни пепельниц, ни застарелой табачной вони.
