Крик толкнулся в уши, проткнул их насквозь, ворвался в мозг и затопил его до краев."
"Какое-то время крик существовал как будто сам по себе, снаружи, а потом он оборвался.
И тогда стало еще страшнее.
За три часа до происшествия
— И чего тебя туда несет? — Алина качала ногой, облитой черной тканью колготок. Нога была хороша. Колготки — “Омса, серия велюр” — тоже ничего. Офисная юбка — все как полагается, английский кашемир до середины колена — на этот раз была легкомысленно задрана и открывала ровную, розовую даже под чернилами колготок гладкость Алининого бедра.
Время от времени, стряхивая пепел с невиданной тонкости пахитоски, Алина с удовольствием посматривала на собственную качающуюся ногу.
— Ну что ты там будешь делать? Встреча одноклассников! За каким чертом они тебе сдались, эти одноклассники! Чего ты там не видала?!
Маруся укладывала волосы феном перед раздвижным трехстворчатым зеркалом и от нетерпения мотала головой, отцепляя от волос постоянно путавшуюся в них щетку. Из одежды на ней были только трусы, а все остальное еще предстояло найти, напялить, оценить, одобрить или отвергнуть.
Нелегкая задача. Особенно когда “до бала” осталось двадцать минут. Впрочем, все как всегда.
— Лучше дай мне лак, — Маруся накрутила на щетку очередную прядь и решила, что ее хорошо бы обильно полить лаком. По задумке прядь должна была изящно спадать, или, как это называла Алина, “струиться”, со лба на висок, и потому ей отводилась особая роль и, соответственно, требовалась особая форма.
Пошарив рукой и что-то, с грохотом свалив с утлого столика, Алина сунула в ладонь подруге холодный длинный баллон.
— На. Подавись своим лаком. Я бы ни за что не пошла.
— Ты и не идешь, — сообщила Маруся резонно.
— А ты зачем идешь?
Маруся зажала баллон между колен и проворно схватила с подставки фен.
Алина пилила ее всю неделю. Как только узнала, что она собирается на “встречу друзей”, так принялась ее пилить усердно и методично, день за днем. Маруся вздыхала и отмалчивалась, по опыту зная, что такая тактика единственно верная.
Если начать Алине возражать — хлопот не оберешься. И главное, все равно все останутся при своем мнении.
— Алин, я сто лет нигде не была, а тут вполне законный повод. Встреча выпускников.
— Ну да, — согласилась та и с силой смяла в пепельнице остатки своей невиданной пахитоски, — повод. Не я ль тебя, душеньку, приглашала на прошлой неделе на презентацию этих… как они… ну, которые мебель продают… как же… Впрочем, хрен с ними.
