Она даже почитала его дикий компьютерный журнал, но говорить с ней о своей работе он отказывался, а когда она пыталась демонстрировать познания, смотрел как-то жалостливо. Она стала осторожно подталкивать Сережку, чтобы он воздействовал на отцовское сознание, но Сережка вырос без отца, и ему было вполне достаточно того общения, которое у них уже было, тем более муж никогда не жалел для него времени.
Она изменила тактику и стала постепенно приучать бывшего мужа к мысли, что они непременно должны пожениться вновь.
Для этого она объявила всем своим друзьям, что тот давний развод был большой ошибкой, что он с ума сходит от любви к ней и что еще немного, и он, пожалуй, уговорит ее вернуться к нему. В подтверждение она несколько раз привезла его в Австрию, где вся ее компания каталась на горных лыжах и попивала горячий грог.
В компанию муж не вписался. Несмотря на деньги и нынешнее положение, светским человеком он так и не стал, легко и красиво говорить не умел, пить тоже не мог — от одной рюмки раскисал и уходил спать, что бы вокруг него ни происходило.
И на лыжах он не катался. И понятия не имел, чем в этом сезоне следует увлекаться, поэтому и не увлекался.
Этот заезд в Австрию должен был стать последним и решительным. Дина сказала себе: “Сейчас или никогда” — и как следует подготовилась, и вот пожалуйста — он не едет! У него девица и серьезные намерения! А ей что прикажете делать с его серьезными намерениями?!"
"Хуже всего то, что на возвращение его в лоно семьи она потратила уйму времени и сил, решив, что это будет лучшим выходом из положения.
Она перестала искать ту самую “блестящую партию”, которая была ей так необходима, чтобы можно было со спокойным удовлетворением сказать себе, что жизнь удалась. Она была совершенно уверена, что он вернется — все-таки он очень сильно любил ее тогда, — и ошиблась.
Ошиблась?
В переполненном школьном зале было жарко и неудобные стулья все время грозили разорвать черные Динины колготки. Впервые в жизни ее раздражали восхищенные мужские взгляды — ей было не до них.
Эти взгляды ее совершенно не интересовали. Она пришла только потому, что у нее было вполне определенное дело, которое она должна была обязательно сделать. Обычное дело, не слишком приятное, конечно, но и не слишком сложное. Она вполне справится с ним, и ей не придется потом специально искать время и место — все произойдет здесь, в этой обшарпанной дурацкой школе, в которой она когда-то училась.
Не только училась, но и блистала.
