В приемной шефа разливался гнев и обида, словно тонущий корабль пытался вырваться из волнения. А Анаит стояла неподвижно, дрожа от неожиданности и страха, перед лицом главного врага своей новой работы — Артура Качканяна. Этакий монстр ума и сердца, его слова казались холодной каплей на ощупью юной сотрудницы....
Куда делась, непонятно! Мне что, ее по всей стране искать, что ли?
И тут вдруг к ним подошла Нана, спросила серьезным голосом:
— Вы ищете бабушку?
— Да… — протянул Дима, повернувшись к дочери. — А почему ты спрашиваешь?
Анаит внимательно посмотрела Нане в лицо и как-то сразу сообразила:
— Вы что, общаетесь?
— Ну… — Нана запнулась.
Маленькая шкода долго молчала, не хотела выдавать секрет. Только после долгих уговоров и обещания, что ее ни за что не будут ругать, удалось выудить у нее ценную информацию.
Оказывается, бабушка уже месяц работала в школьной столовой на раздаче.
Нана сначала не хотела с ней общаться, потому что помнила, как грубо та разговаривала с мамой, когда ворвалась в квартиру папы со злой рыжеволосой тетей. Но бабушка долго просила прощения, объясняла, что просто не знала, что Нана ее внучка.
— Если человек признает свою вину, его же надо прощать, правильно? — спросила дочка, глядя Анаит прямо в глаза.
Что на такое ответить девятилетнему ребенку?
— Вот те на… Приплыли. Я ее найду и как следует выругаю! — возмутился Дима. — Я ей не разрешал общаться с Наной!
— Никого ты ругать не будешь, — покачала головой Анаит.
* * * Следующим же вечером Анаит с Димой поднимались на третий этаж хрущевки, где проживала свекровь.
У Ани сжалось сердце, когда Дима постучал в дверь.
Свекровь открыла сразу, да так и застыла на пороге, прикрыв рот ладонью.
— Привет, мама, — проворчал Дима строго.
И тут Татьяну Игоревну словно прорвало, она сложила руки в молитвенном жесте и заголосила:
— Сыночек, ты только не злись! Я Нане слова плохого не сказала, не сделала… а держаться от нее подальше не смогла. Моя ведь кровиночка!
Анаит посмотрела на строгое лицо мужа, на то, как он сжал кулаки, и выскочила вперед:
— Да вы успокойтесь, Татьяна Игоревна.
И показала тортик.
Через минуту все трое уже пили чай на скромной кухне Татьяны Игоревны.
Дима ругался:
— Мам, ну вот на кой хрен надо было продавать нормальную квартиру в новостройке, чтобы переехать в Краснодар в такую же хрущевку, как у нас была всю жизнь…
— Зато рядом с Наниной школой, — резонно заметила свекровь. — И зря ты так, хорошая квартира.
