В темное утреннее небо, где только-только появляются первые лучи солнца, стучат дождевые капли в стекла машины. Водительница маневрирует между стремительно движущимися автомобилями, стараясь избежать грязи и брызг, прежде чем она сама превратится в лужу. Это маленький город, где каждый знаком с каждым, где даже безответный попутчик может стать драгоценной роскошью после долгой ночи....
Лет тридцати. Документов при ней не оказалось, в сумочке только ключи и двести рублей. Так что на ограбление не похоже. Вот такие дела.
– Есть что-нибудь необычное? – спросила я, прикидывая, с какой стати меня сюда позвал Вешняков.
– Нет, – пожал плечами Валера. – Убийство как убийство. Проституция – работа опасная, всегда можно нарваться на психа. Этой не повезло.
– Когда ее убили?
– Примерно сутки назад. Точнее буду знать после вскрытия.
Тут и Вешняков появился. Дышал он тяжело после подъема в гору, лицо откровенно свирепое, машинально протянул руку, и я ее пожала.
– Задолбала эта жизнь.
– А в чем суть претензий? – поинтересовалась я.
– У пацана зубы режутся, третью ночь не спим.
В отпуск не пускают, а у меня за прошлый год еще три недели остались. И что?
– Ничего, – пожала я плечами."
"– Вот именно, – обиделся он. – Мало мне трупов, ты еще с этой девчонкой... Вчера начальство домой звонило, просили поиски ускорить, сделать их максимально результативными, – передразнил он неведомого начальника.
– Из-под земли лучше не надо, – флегматично заметил Валера. – Возни с ними... нам бы тех оприходовать, что на поверхности.
– Помолчи, ради Христа, – хватаясь за голову, попросил Артем. – Без тебя тошно. Водка, что ли, паленая... – добавил он с печалью.
– А еще на жизнь жалуется, – хмыкнул Валера. – Поаккуратней надо с водкой-то.
– Послушай друга, счастливый отец, – поддакнула я.
– Чего ржете, придурки? Говорю, всю ночь пацан спать не давал.
– Ты б лучше мальцу налил, – Своему нальешь, – огрызнулся Вешняков. Валера полез в машину и достал из-под сиденья флягу, молча сунул ее Вешнякову. – Водка? – с надеждой спросил тот.
– Обижаешь. Коньяк.
– Нам все равно, – забубнил Артем. – Мы неприхотливые. – Сделал несколько глотков и слабо дернулся. В руках Валеры появился огурец, Вешняков откусил от него добрую половину, задышал ровнее, а потом и улыбнулся.
Тут снизу кто-то зычно позвал:
– Артем Сергеевич!
– Чего? – недовольно отозвался он.
– Взгляните, пожалуйста.
– Никакого покоя, – покачал Артем головой и кивнул мне:
– Идем.
– Мне-то зачем? – удивилась я, потому что в отличие от Валеры при виде покойников особо не радовалась. Валера, кстати, поспешно сел в свою машину и, помахав нам рукой, отбыл. Как любой нормальный человек, он не жаждал, чтоб его заваливали работой.
– Идем, – повторил Вешняков.
