Когда радость одиночества начинается с воспоминаний о счастливых днях, а боль становится невыносимой мыслью о том, что мир для своего ребенка может быть опасен. В этой истории обречённой жене придётся выбирать между своим сердцем и благополучием семьи, когда угроза кроется в самых обыденных вещах....
Я чувствую её беспокойство. Мне бы так хотелось, чтобы эта ситуация была намного проще для нас обеих.
Я бы так сильно хотела ненавидеть её, но когда вижу, насколько потерянной она выглядит, то понимаю, что ей жаль. Она сожалеет о каждом неправильном поступке, о каждом неверном шаге. Я указываю рукой на диван напротив, молча приглашая её присесть.
— Я слушаю.
— Пожалуйста, поверь мне, я никогда не хотела сделать этого. Коди — мой ребёнок, но моё прошлое было настолько болезненным, что я не могла смотреть на него без воспоминаний о детстве.
— Это не объясняет твоего поведения, Камила. Ты вела себя так ужасно с ним.
— Я знаю, что я должна была поговорить с тобой, а не…"
"— Хватит, оставь это, это твоя история. Я не хочу знать ни кто она, ни как ты это делала с ней, ничего из этого, — резко прерываю я.
— Хорошо… Я должна была относиться к вам с уважением.
— Я не только мать, Камила. Я ещё и твоя жена, которая нуждалась и до сих пор нуждается в любви и ласке. Мне нужен кто-то, кто должен постоянно поддерживать меня, как женщину. В течение последних трёх лет я прекрасно осознала, что я мать, но мне также нужно знать, что я всё ещё являюсь настоящей женщиной, — выдохнула я.
— Я знаю… Мне действительно не хватает слов, чтобы сказать, как я сожалею, насколько вещи, которые я сделала, ужасны. Я хочу, чтобы ты вернулась к нам, даже если уже ничего не будет как прежде, пожалуйста, просто не бросай нас.
Я смотрю на Камилу и вижу, что полностью скована отчаянием. Я не могу отрицать, что ей действительно жаль и я бы хотела простить её прямо сейчас. Но это слишком легко для всего, что она натворила.
Она может начать всё сначала и я прострадаю всю свою жизнь. Я не хочу возвращаться, она просто сломала меня. Но дети нуждаются в ней.
Элеонор будет так несчастна без неё. Камила — её личный сорт героина, я просто встала бы между ними и никогда бы не простила себя за это.
— Я вернусь домой, но не изменю своего решения. Я хочу развестись, но дети нуждаются в тебе. Я буду спать в другой комнате, пока Коди развивается и начинает всё понимать. Ты поняла? — говорю я.
Я вижу, что Камила расстроена, но я не хочу вечно идти у неё на поводу.
