Когда радость одиночества начинается с воспоминаний о счастливых днях, а боль становится невыносимой мыслью о том, что мир для своего ребенка может быть опасен. В этой истории обречённой жене придётся выбирать между своим сердцем и благополучием семьи, когда угроза кроется в самых обыденных вещах....
— Да, но старая прекрасно мне подходит, — Лорен пожимает плечами.
— И поэтому ты сидишь одна на обочине?
— Но ты ведь всегда рядом, чтобы помочь мне, — говорит Лорен, запустив детей в салон.
Я закрываю дверь и оборачиваюсь назад, оказываясь нос к носу со своей женой. Я пытаюсь улыбнуться ей, но чувствую, что она напрягается, смотря сквозь меня.
Поворачиваю голову и замечаю красивую блондинку которая смотрит на меня чересчур холодно. Вот оно.
— Я думала, что ты давно уехала, — говорит женщина.
— Эмма, это…
— Камила, я полагаю, — усмехается женщина, ловя мой вопросительный взгляд, — всё в порядке, это не имеет значения.
— Я думаю, что имеет, когда дело касается меня и моей семьи, — грубо отвечаю я.
— Вы слишком напряжены, учитывая последние новости. Ваша жена хочет развестись, — усмехается блондинка.
— Тебя это не касается! — прорычала я.
— Лорен слишком прекрасна для такой эгоистки, как Вы, Камила. Вы не заслуживаете её любви.
— Эмма!
— Помолчи, — огрызаюсь я на жену.
— Вот видишь, Лорен! Она не должна так разговаривать с тобой.
— Я в последний раз повторяю, что это не твоё собачье дело. А теперь катись отсюда и держись подальше от моей жены, пока я не придушила тебя голыми руками, — прорычала я. Клянусь, мои глаза метали молнии.
— Я уйду, но однажды, Камила, уйдёт и Ваша жена. Она поймёт, что Вы ничего не стоите.
— Эмма, пожалуйста, хватит, — встревает Лорен.
Женщина напротив натягивает кривую ухмылку и пожимает плечами, отворачиваясь и медленно уходя от нас.
Я поворачиваюсь к Лорен, которая виновато опустила. Да, ей непросто в этой ситуации. Но разве мне легче?
— Ну что, ты довольна? Довольна тем, что говоришь с незнакомцами о наших личных проблемах? И ты представить себе не можешь, какой сюрприз ты мне преподнесла, когда я узнала об этом не от тебя, а от нашей дочери.
— Камила…
— Блять, дай мне сказать! Я поступила ужасно однажды, но я была пьяна, разбита и не понимала, что творю, но я сожалею, и это будет съедать меня до конца жизни.
