![Обложка книги Борель. Золото [сборник]](/uploads/posts/images/6/borel-zoloto-sbornik.jpg)
Тихий омут глубин обволакивает долину, где кедры, сосны и мелколесье сплетаются в единую атмосферу. Ближе к земле на равнине раскинулся заброшенный прииск, где когда-то были свидетельством богатства — теперь лишь изломанные строения и разбросанная рухлядь. Вселенная мгновенно трансформируется в драму, когда старые рассказы Борового приобретают жизнь в сердцах читателей....
С улицы слышался плачущий голос.
Татьяна Александровна упала на кровать и положила на ухо подушку.
— Ехать, ехать, — шептала она без голоса.
Гурьян пришел со Стуковым. Оба были в хорошем настроении. Гурьян еще с порога крикнул:
— Поздравляй, Татьяна, с новым золотом!
Но не получив отклика, он прошел к кровати и, увидев расстроенное лицо жены, отпустил протянутую руку.
— Захворала?
— Так… Немного голова болит…
— Надо водки с перцем выпить, — пошутил Стуков. — Умирать не стоит. Вот, посмотри. — Он подал Татьяне Александровне докладную записку Клыкова и снял пальто.
Вандаловская начала читать, но из написанного неразборчивым почерком смутно поняла только одно, что разведывательная партия студентов нашла новые золотые месторождения. Но где это произошло? Какие залегания, — она так и не уяснила.
За ужином разговор поддерживал только Стуков, казалось, понимавший происходящее с Татьяной Александровной больше, чем Гурьян.
Прощаясь, он сказал:
— Завтра я предлагаю выехать на Хилган. — Затем повернулся и с чуть заметной улыбкой посмотрел в глаза хозяйке.
Вандаловская побледнела, отодвинула стакан и тоже принудила себя улыбнуться.
— Вот, видишь, в чем тут дело, — многозначительно посмотрел Стуков на Гурьяна.
— Зачем ее носит? — вспылил директор. — Почему ты не сказала сразу?
— Угомонись, — остановил его секретарь. — Я поговорю с Варварой сам. А вы ложитесь и не кисните зря, — подал он руку Вандаловской.
Татьяна Александровна повеселела и рассказала о посещении гостьи.
2
Костя был назначен заместителем завшахтой. По случаю частных командировок Яцкова все дела по распорядку с первого дня перешли к нему. С непривычки трудно было проводить раскомандировку и особенно вести табели выработок, прогулов, простоев.
Бутов спускался в шахту, давал указания:"
"— С ребятами ладь по-свойски, а ежели заметишь лукавство — лупи по нему безо всяких. Тут и сами забойщики маху не дадут. Поставь себя твердо, а на тебя глядя и остальные повезут.
В первые дни парень терялся. В шахте понизились нормы выработки, а он не успевал давать нужные сведения для учета. По закоулкам поселка и забоям других шахт разговоры:
— Поставили выскочку, и шахта села на голяшки.
— Это при Бутове соревнованцы форсили.
— Нет, видно, брат, кишка сдает у молодых-то.
