Василиса Селезнева переживает личную драму: измена мужа, потеря жилья и работы. Но отчаяние оказывается не последней станцией. Перед героиней открываются новые возможности, неожиданные встречи и шанс на перерождение. История о том, как из обломков старой жизни можно построить что-то...
Она даже не поинтересовалась, откуда я так своевременно взялась в их дворе, что я там делала и для чего вмешалась в их с соседками дружескую, с позволения сказать, беседу.
– И в комнатных цветах вы тоже разбираетесь? – она задала вопрос вроде бы мимолетом, но в глазах мелькал огонек сильной личной заинтересованности.
– Конечно! – снисходительно усмехнулась я. – Комнатные цветы тоже входят в программу Академии.
Тут я почти не врала – в том смысле, что бабушка очень любила цветы, они занимали в нашей маленькой квартирке много места. Очевидно, сад – это у меня от бабушки…
– Дорогая! – Алевтина взяла меня под руку да так крепко, как будто цепью приковала. – Я вам так благодарна, мы должны познакомиться поближе и поговорить!"
"Что ж, поговорить я согласна, это как раз то, что мне нужно от Алевтины Романовны. Но, судя по всему, я ей тоже для чего-то понадобилась, так что, развивая достигнутый успех, я покачала головой, потом достала мобильный телефон и углубилась в ежедневник, задумчиво шевеля губами. На самом деле там не было записано никаких дел – никому я не была нужна, никто не ждал моего звонка с затаенным нетерпением, никто не назначал мне встречу, никто не проверял электронную почту по пять раз на дню с тайной надеждой – обещала сделать все через два дня, а вдруг успела уже сегодня? Никто не давал строгого наказа секретарше, что если позвонит такая-то, то есть я, то соединять немедленно, без расспросов и проволочек.
Словом, никто не искал моего общества – ни по делу, ни для удовольствия. И ждал меня дома только осиротевший дог Бонни, и он же, судя по всему, является на данный момент единственным близким мне существом.
Тем не менее я просветлела лицом и сказала, что, конечно, очень занята, но минут сорок смогу выкроить для общения с такой милой женщиной, как Алевтина Романовна.
Мы перешли дорогу и вошли в небольшое, но уютное кафе, где Алевтину Романовну официантка приветствовала как родную. Я на всякий случай представилась Альбиной, и мы скрепили знакомство солидной порцией кофе со сбитыми сливками и двумя кусками пирога со свежей малиной.
– Альбиночка, – начала Алевтина вкрадчивым голосом, – вы такая умелая, такой знающий специалист, не можете ли вы реанимировать монстеру?
– Монстеру? – удивилась я. – Что с ней случилось? По-моему это растение умертвить вообще невозможно, разве что соляной кислотой поливать…
– Понимаете… одна моя знакомая, очень приличная женщина, директор фирмы по ремонту. Кстати, если вам нужно…
– Пока нет, спасибо.
