И вот, когда я видела уже десятый сон (впрочем, это так только говорится, на самом деле ничего мне не снилось), так вот, когда я уже крепко спала, на кровать кто-то залез.
Кто-то очень большой, подвижный и беспокойный.
В первый момент я вообразила сквозь сон, что сплю у себя дома и в кровати у меня возится муж.
– Володька, ну угомонись наконец… – пробормотала я сквозь сон. – Спать же хочется… Землетрясение прямо устроил…
Он шумно вздохнул и лизнул меня в ухо.
– Перестань… – отмахнулась я. – Голова болит, и нет никакого настроения… и вообще, я сегодня так устала…
Но он по-прежнему пыхтел и возился.
Тут я наконец вспомнила, что муж от меня ушел, точнее, что они с Альбиной хамски выкинули меня из дома, то есть я сама ушла, они меня вынудили, и я сейчас, можно сказать, самый настоящий бомж.
Кроме того, тот, кто возился у меня под боком, был явно крупнее и толще Володьки. Тогда я вообразила, что в мою кровать влез Петюня, и разозлилась уже по-настоящему.
– Ты что, с ума сошел? – возмущенно прошипела я, пытаясь вытолкать его прочь. – Совсем одурел! Я же твоя сестра, пусть и двоюродная! Или троюродная! Пошел вон, жирный павиан!
Петюня никак не отреагировал на мое шипение, и тогда я окончательно проснулась."
"Проснулась и осознала, что нахожусь не в своем загородном доме, и не в тесной Петюниной квартирке, а в шикарной квартире Бориса Алексеевича и Нелли. Но тогда кто же влез ко мне в постель?
Я вскочила, как ошпаренная, и включила свет.
На соседней подушке возлежала огромная ухмыляющаяся морда золотисто-песочного цвета.
Это, конечно, приятный цвет, но только не в том случае, когда вы обнаруживаете его в собственной постели.
– Бонни, скотина, немедленно выметайся из моей кровати! – воскликнула я, боязливо обходя его.
Дог сделал вид, что мои слова совершенно к нему не относятся, и с самым довольным видом прикрыл глаза.
– Что тебе сказали? – повторила я срывающимся от возмущения голосом. – Это моя кровать! Слышишь? Моя, а не твоя! Я ведь, к примеру, не ем из твоей миски и вообще не претендую на твой корм…
Он приоткрыл глаза и взглянул на меня очень гостеприимно, видимо, давая понять, что не будет возражать и даже охотно поделится со мной своим сухим кормом.
– Ах так! – Я решила, что раз слова на него не действуют, нужно перейти к физическим мерам.
Откинув одеяло, я попыталась стащить его с кровати за правую заднюю лапу.
Вам никогда не приходилось подталкивать на дороге заглохший КамАЗ, нагруженный камнями или бетонными плитами? Так вот, честное слово, это гораздо легче, чем стащить с кровати крупного бордосского дога, если дог этого не хочет!
Убедившись, что это мне не под силу, я обошла кровать с другой стороны и попыталась столкнуть Бонни на пол.