Он слишком близко. Точно. Убить пришел меня, а точнее, добить.
– Не надо. Только не бейте.
Голову руками быстро закрываю. Всегда так делала, когда кто-то темную в детдоме устраивал. Ребра заживут всегда, а вот голова – не факт. Дрожу вся, хоть я и дерзить люблю, но уж точно не лежа на полу перед взрослым мужиком, в несколько раз больше меня.
– Так, а ну иди сюда.
Тигр от пола меня резко отрывает, а я вскрикиваю. До чего же больно. Господи."
"– Пустите, болит…ай, мне больно! Мне дышать нечем.
Пытаюсь вырваться, но куда там.
У мужчины мертвая хватка, и я не имею и шанса выбраться из его захвата.
– Спокойно, Маша. Так, а ну не дергайся!
Гаркает на меня громко и я, наконец, затихаю, перестаю так отчаянно вырываться. Арбатов действует, словно хирург профессиональный. Несмотря на мои протесты и жуткий страх, одним рывком сдирает футболку с меня, ребра мои несчастные осматривая.
Становится зябко, а еще страшно. От одного только понимания, что сейчас мужчина видит меня в одном только белье, в груди спирает воздух.
Мне жутко стыдно перед ним. Пытаюсь руками прикрыться хоть как-то, но это вообще не спасает от его сканирующего взгляда.
Арбатов проходится рукой большой и горячей по моему боку подбитому, пальцами каждое ребро перебирая, а я двигаться от этого не могу. Как застыла вся, точно кролик перед тигром, и жду, когда он уже сожрет меня, но он только недовольно головой качает, окидывая меня взглядом. Презрительным и строгим.
– Дурочка, ты почему ребра не перемотала? Тебе же хуже стало.
– Не надо мне все это! Так заживет. Без ваших бинтов этих гребаных. Мне хорошо уже. Прошло все. Уйдите!
Шиплю на него змеей ядовитой, пытаясь скрыть, как мне больно. До ужаса просто. Укусила бы его снова, но боюсь, тогда не только со сломанными ребрами буду сидеть, но и с черепом пробитым.
– Ага. Я вижу как тебе хорошо. Лежи спокойно.
Арбатов выходит, и уже через минуту возвращается с тем самым бинтом в руках, который я выкинула в коридор. Я смотрю на него, и подальше отодвинутся пытаюсь на раскладушке, но куда там.
Всеволод Генрихович, словно зверь дикий настигает меня в считанные секунды, больно прижимая к матрацу, и не давая подняться с него.
– Не дергайся, себе же хуже делаешь.
Мужчина с легкостью приподнимает меня за спину, и начинает повязку на ребра накладывать, туго перебинтовывая мое бедное тело. Всего пару минут и готово. Как ни стараюсь отрицать, мне сразу же легче становится. Хоть вздохнуть нормально могу.
