Автор
Внутри книги "Босиком по осколкам" СИ тонкая дымка нежности смешивается с холодным гневом. Главный герой прячет свои слезы за циничной улыбкой, а любовь его кажется шокирующей подлинностью в бездонной пропасти его сердца.
— Вся для тебя, — снова подалась вперед Карина.
— Проваливай! — рявкнул, а затем схватил сок, поданный барменом.
— Сам скоро ко мне вернешься, милый, — никак не желала униматься, испытывая мое терпение.
— Пошла вон! — начал я терять терпение и пошел в сторону столика.
— Дам тебе совет. Не порти девчонке жизнь и сам о споре признайся, — прищурилась и наконец явила свой настоящий змеиный лик Карина.
Я остановился на полпути и обернулся.
— А то что? — фыркнул, но внутри всё заледенело.
— А то она и сама узнает.
А я, обуреваемый чувствами и раздираемый сомнениями, вернулся к Аиде, подавая ей бокал сока. Видимо, напряжение сковало мое тело, отразилось на лице. Она стала выглядеть обеспокоенной.
— Всё хорошо? — нежно спросила и погладила меня по щеке.
Я прикрыл глаза, наслаждаясь ее нежными касаниями, но лишь кивнул, не в силах сейчас говорить. Всё, чего сейчас хотел, чтобы она никогда меня не покидала.
— Просто прекрасно, — захрипел и снова поцеловал свою девочку.
Глава 23.2
Аида
Разгоряченная постоянными танцами, я наконец присела на диванчик.
— Всё, всё, Кирилл, я больше не могу, — рассмеялась, когда он снова попытался утянуть меня в центр зала. — Давай просто посидим.
— Как скажешь, детка, — веселым тоном произнес Соловьев и присел рядом, закидывая руку на мое плечо.
— Ты круто танцуешь. Учился? — не могла не задать я вопрос.
— Самоучка, — улыбнулся он довольно от комплимента, и я закатила глаза.
Его самовлюбленность начинала мне импонировать.
— Эх, мне это не дано, — вздохнула, а затем у меня зачесались руки.
Так сильно хотелось запечатлеть на холсте Кирилла, но, как назло, сейчас я была не дома, а под рукой не было ничего, чем можно было бы порисовать.
— Не прибедняйся, у тебя отлично получается, — прижал меня к себе за плечи парень и вдруг прошептал: — Пара индивидуальных уроков от учителя Соловьева, и ты станешь асом.
Сказано всё это было таким тоном и с такой подоплекой, что я невольно покраснела и опустила от смущения лицо. Вся кровь прилила к шее и щекам, и я промолчала, не зная, как на это реагировать.
— Засмущалась, детка? — довольным тоном спросил он.
Его пальцы играли с моими волосами на затылке, сам он не отрывал от меня своего взгляда, чувствовала и видела это боковым зрением.
— Жду не дождусь уроков, — ответила ему слегка томно, повернув голову.
