Внутри обложки — история о власти и ее жертвах. Когда главная героиня невероятно дерзко срывает договорные переговоры, ее наглость не остается незамеченной даже у самого высокого руководства. Война стилей и подходов превращается в кровавую драму, где каждый шаг влияет на следующий....
А вот деньги в глаза не видела и на них, соответственно, моих отпечатков не нашли бы. Но если подумать, в жизни не все так гладко. Нет у меня возможности нанять адвоката, а у шефа были бы самые лучшие — так дело вывернут, что даже невиновная вовек не отмоюсь. А если бы и повезло каким-то чудом доказать, что я ни при чем — все равно пошли бы слухи и на другую работу я бы не устроилась. Да сейчас не об этом…
Я с перепугу согласилась на всякое разное, а он почему-то не пользуется?
«Скорее всего, у него что-то не так! Иначе других объяснений нет!»
Сплюнула пасту и прополоскала рот.
«Тогда зачем это цирк? К чему этот шантаж?»
Как ни ломала голову, ответа не было. И об этом я, наверное, никогда не узнаю.
Ладно, сегодня вечером я сама его соблазню.
На кухню меня привел чуткий нос — откуда по всей квартире разносились дивные ароматы. Вот только там же, на кухне, находился еще и мой «владелец».
Вячеслав шаманил у стола, стоя спиной к двери, и вид у него просто очумительный. Боксеры обтягивают аппетитные мужские ягодицы, еще бантик на них из завязок фартука.
Пораженная зрелищем и красотой мужского тела, я замерла на пороге и как дура пялилась на его задницу и плечи. Что ни говори, но он красавчик, просто секси — мечта любой женщины. Такого разве что на обложке журнала увидишь.
— Нравлюсь? — хмыкнул Вячеслав. — Есть хочешь? — И даже не обернулся. Уверен, гад, в своей неотразимости.
— Хочу, — пробурчала, прошла к столу и села на высокий стул.
— Намазывай масло, — протянул мне специальный рифленый нож, на который я посмотрела с интересом.
— Вика, ты нож для масла не видела? — глаза Вячеслава искрились от озорства. Такие притягательные, веселые. И даже улыбка его обаятельная, какая бывает только у офигительного мерзавца в голливудских фильмах. И, несмотря на подлость, что он сотворил, мое сердце пропустило удар
«Вика, где твоя гордость?» — одернула я себя моментально и принялась за бутерброды.
