Встреча двух мужчин в непростом дружеском конфликте приводит к неожиданным последствиям, заставляющим перечеркивать все ожидания. В бурном Прологе Ботан вынужден смириться с угрюмым фактом, который меняет его жизнь и общение до глубокой ночи.
"
"Не буду портить ему настрой заранее. Да и не согласится он сам памперс Миле менять, а так я что-нибудь придумаю.
— Ну ладно, сделаю вид, что поверил. Долго там ещё? Есть хочу, — насупился он.
— Вот уже почти всё готово. Руки помойте и прошу.
Он вернулся в зал.
— Ну чё, мелкая, кушать будем?
Мила засмеялась. Что она смешного в нём видит, только одной ей известно.
— Нам поговорить надо, — сказал я Стасу за столом, попутно собирая пюре со стола. Мила ест сама, и, несмотря на то, что в пюре всё вокруг, это выглядит очень мило.
— Говори, — уплетая за обе щёки мясо, проговорил он.
— Милу уложу и поговорим, тебе, кажется, есть что сказать.
Он застыл и поднял взгляд на меня.
72
Стас
— Ты самый большой идиот из всех, кого я встречал! — высказался Тёма после того, как молча выслушал всё до мелочей. — Зная, что я могу помочь, ты вместо того, чтобы мне сказать, послал нафиг! — Он качнул головой.
— Я не хотел, чтоб с тобой какая-то хуйня произошла, — тихо сказал я.
— Со мной и так хуйня произошла, — вскочил он со стула.
— Не ори! — так же тихо обратился к нему.
— Не говори мне, что делать!
Ну что за кипишь на ровном месте, блядь.
— Ты меня унизил, оскорбил. Ты меня убил своими словами!
— Хватит! — мне неприятно это слышать.
— Ничего не хватит!
Я встал и, схватив его за руку и с силой притянул к себе, обнял.
— Мелкую разбудишь своим ором.
Он брыкался, пытаясь меня оттолкнуть.
— Ненавижу тебя! Почему не сказать правду, а сравнял меня с землёй? — продолжал он.
Видимо, нервы сдали, накопилось всё.
— Так было нужно. И мне тоже было больно. Или думаешь, легко поливать говном любимого человека?
Он перестал извиваться и посмотрел на меня.
— Скажи! — такого гневного Тёму я ещё не видел.
— Что сказать?
— Что любишь.
— Я тебя люблю!
Что такого? Я уже говорил.
Он набросился на меня и завладел моим ртом, как изголодавшийся зверь. Я подхватил его напор и, вжав его тело в себя, углубил поцелуй.
Не отрываясь от настойчивых губ Тёмы, я подхватил его под задницу и зашагал с ним на руках к гостиной, где бросил его на диван и свалился сверху. Его настойчивые руки в нетерпении стали снимать с меня штаны. Добрался до изнывающего члена, накрыл его ладонью и сжал.
