Встреча двух мужчин в непростом дружеском конфликте приводит к неожиданным последствиям, заставляющим перечеркивать все ожидания. В бурном Прологе Ботан вынужден смириться с угрюмым фактом, который меняет его жизнь и общение до глубокой ночи.
Все нужные документы для оформления опекунства на Милу собраны. Не без «особой» помощи Стаса, конечно. Взяток давать я не умею, никогда этого не делал. Нет, я не святоша. Просто не было надобности, всегда соблюдал правила и ничего не нарушал. Так что и этот вопрос решится на неделе.
Стас вцепился в Милу и оторвала её от меня, крик вперемешку со смехом заполнил весь дом. Не перестаю удивляться, как они общий язык нашли.
75
— Ты готов? — спросил Стас, когда мы стояли перед залом суда.
— Нет!
Всё готово, но я всё равно переживаю.
— Всё будет хорошо. — Стас приобнял меня за плечи, успокаивая. — У нас всё готово, придраться не к чему.
— Найдут!
На кой чёрт я залез в интернет и прочитал про неудачные попытки получить опекунство над родственниками? То средств недостаточно для воспитания ребёнка, то жилплощадь не подходящая. И многие другие страшилки, из-за которых я стою и трясусь тут. А что, если не отдадут Милу? А что, если не посчитают меня способным растить и ставить на ноги сестру?
Милу отвезли к старой знакомой мамы, вещи собрали, вот только предчувствие, что зря мы так торопились, не покидает меня с самого утра.
Из родительского дома решили ничего не выносить, а продать его полностью одетым. Кое-что отдали просто так тем, кому нужнее, остальное — новые хозяина разберутся. Договорились за дополнительную плату и взяли со всем, что в нём есть. До отъезда мы ещё побудем тут, будет время попрощаться с домом.
76
— В просьбе Артёма Соколова, получить опекунство над Эмилией Соколовой — отказано! — сказал судья после полутора часа в зале суда.
Что она говорила дальше, я не слышал, руки похолодели, сердце отдаёт глухие удары в ушах… Нет! Как?
— Стас? — повернулся я к единственной моей поддержки.
— Успокойся! На, выпей, — протянул он бутылку воды, и я сделал глоток, чувствуя странный вкус и запах.
— Что мне теперь делать? Я не могу отдать её в детский дом… — зарылся пальцами в волосы и качнул головой.
— Какого хрена?! — заорал он, как только представители суда покинули помещение. — За что тебе деньги платят? — наступал он на нашего адвоката.
— Не волнуйтесь, мы подадим апелляцию, попробуем исправить ситуацию и получить желаемое, — спокойно, но с долей страха в голосе ответил он.
— Я тебе попробую, блядь! Яйца вырву с корнями и тебе ж их скормлю! — Он перегибает палку уже.
— Стас… — позвал я его.
