Встреча двух мужчин в непростом дружеском конфликте приводит к неожиданным последствиям, заставляющим перечеркивать все ожидания. В бурном Прологе Ботан вынужден смириться с угрюмым фактом, который меняет его жизнь и общение до глубокой ночи.
— Ты сказал, что все нормально и шансы высоки, так какого хуя это только что было? — не слыша меня, продолжал он высказываться.
— Стас! — чуть громче попробовал я, без толку.
Взял его за руку и резко потянул в низ. Он от неожиданности громко грохнулся на стул."
"— Если ты не перестанешь орать всеми возможными матами, то мне придётся вытаскивать тебя из обезьянника.
Его ошарашенное лицо стало мягче и красные пятна злость стали спадать.
— Извини, — тихо сказал он мне. — А ты сделай все, что хочешь, но что бы мелкую отдали нам.
О, Господь! Пороховая бочка, ей богу.
Нет, то, что он так борется, очень радует, он сам к Миле прикипел. Но тут везде камеры напичканы и обернётся это явно не в нашу пользу.
— Пошли, — приказал он, я встал со стула и шёл за ним молча до самой парковки.
— В воде что-то было, да? — удивительное спокойствие наполнило каждую клетку, и сердце уже не так громко стучало.
— Да, — открывая дверь и садясь в машину, ответил он.
— Что мне делать, Стас?
Он вырулил с территории судебного учреждения.
— Нам. Что нам делать, — нервно посмотрел на меня. — Сколько раз повторять?!
— Я на нервах, мог бы и не упрекать в оговорке.
— Это не оговорка. Ты мне не доверяешь. Ты ведь думаешь, что в один день я поступлю с тобой по-свински. Так?
Я отвернулся.
Думаю! Я и сам бы с радостью избавился от этих мыслей, но они все лезут в голову, не давая покоя. Откуда мне знать, что завтра Стас не перейдёт кому-то дорогу, и он пошлёт меня в одно место?!
77
— Я, собственно, так и думал, — сделал он вывод из моего молчания.
— Прости, но… — договорить я не успел, так как автомобиль резко вырулил вправо и затормозил.
— Тём, — развернулся ко мне и взял моё лицо в ладони, — такое больше не повторится. Я никому не позволю встать между нами. Чего бы этого не стоило. Сдохну, но больше ничего подобного не наговорю.
— Сдохнуть не надо, иначе я тебя убью.
Он усмехнулся.
— Ты меня понял?
Я кивнул.
— Выкинь эту хуйню из головы раз и навсегда.
— Попробую.
Мне самому хочется. Я не виноват, что обидные слова, которые он сказал мне в больнице, как заезжая пластинка проносятся в моей и так напичканной проблемами голове.
— Без попробую. Обещай, что здесь и сейчас эта тема закрыта, — потребовал он.
— Хорошо. Обещаю, — дал слово и себе, и ему.
— Молодец, — поцеловал в губы страстно. — Я уже думал, что придётся донести до тебя ремнём.
Внизу живота тут же сладко потянуло.
