Автор
Колин Уэрхем, пятый барон Сент-Моур, стоял на палубе своего корабля под мрачным небом Ла-Манша. Воздух был тяжелым и холодным, а северный ветер свирепствовал по всему морю, когда Колин глядел на пенящиеся волны. Усталость словно плотное одеяние сковывала его, но он даже не пытался защититься от дождевых брызг....
И вдруг она ни с того ни с сего появляется в Лондоне, и в газете сообщают о ее помолвке с Сент-Моуром. А куда делся ее муж?
— Он умер, — с очевидным наслаждением ответил его отец.
— Каким образом?
Отец небрежно махнул рукой — какая, дескать, разница.
— Главное, что его больше нет, и Эмма может теперь занять достойное место в обществе, — удовлетворенным тоном произнес он.
— Когда она вернулась? Как она познакомилась с Сент-Моуром? Какая она?
— Не советую тебе вникать в подробности. Достаточно того, что она, наконец, утвердится в высшем обществе.
— Но, папа, мои друзья пристают ко мне с вопросами. Они требуют, чтобы я их с ней познакомил. И, конечно, удивляются, почему я о ней ни разу не обмолвился ни единым словом.
— Ничего, скоро они с ней познакомятся. Полагаю, что Эмма станет украшением высшего света. Она все еще очень хороша, — закончил старший Беллингем, словно полагая, что внешность Эммы — главное, что беспокоит Робина.
— Но я тоже вращаюсь в свете! — воскликнул тот.
Его задело, что отец предсказывает Эмме тот самый успех в свете, которого он сам пока что тщетно пытался достичь. — Я выгляжу перед своими друзьями полным идиотом.
— Вздор! Никто и не ждет, чтобы ты вмешивался в подобные дела. Не поднимай шум понапрасну, малыш.
— Должен же я знать, есть у меня сестра или нет, — пробурчал Робин, обозленный словом малыш.
— Да, все вышло весьма неожиданно, — сказал Джордж Беллингем, задумчиво потягивая бренди. — Пусть это будет тебе уроком, Робин.
Как мне надоели эти назидания! — мысленно воскликнул Робин.
— Взять хотя бы твое увлечение картами, — продолжал мистер Беллингем.
Красивое лицо Робина выразило прямо-таки ослиное упрямство. Ну вот, — подумал он, — опять нотации!
— Ты ведешь себя безответственно, делая долги, — напыщенным тоном продолжал Джордж Беллингем. — Ты не прислушиваешься к мнению тех, кто старше тебя и умнее, и вот оказался в затруднительном положении.
— Джек — мой лучший друг! — вскричал Робин. — Он отличный парень.
— Нет, на мой взгляд, он беспутный малый. Вертопрах. И из какой он семьи? Никто в Лондоне не знает его родителей.
— Во-первых, у его отца небольшое поместье на севере Англии, а во-вторых, что бы там ни было, я не желаю слушать, как ты поносишь Джека, так что можешь понапрасну не сотрясать воздух.
