Арта встает с мыслями о том, как бы улизнуть от предложенного брака. Но на секунду пугается его решительности — ведь отказ выглядит жестким и может обидеть Себастьяна. Внезапно она задумывается: стоит ли уступить в этот момент? Как бы ни был злопамятен её ответ, заставляет задуматься над самой сутью этого предложенного брака....
Всклокоченная шерсть, репей в хвосте, Темнейший знатно поработал над образом дона Кусини и теперь он был похож на потомственного дворнягу в десятом поколении.
— Мря-а-а-у! — раздалось в динамике.
Кусини шустро подскочил к цветочнице, стоящей ближе всех к табачной лавке и, истошно мявча, принялся выклянчивать еду.
— Какой ты тощий! — на наше счастье, дама оказалась сердобольной, и тут же вытащила из корзинки бутерброд. — Держи! Кушай, бедненький, совсем оголодал…
— Гнать этих блохастых бродяг нужно или отстреливать, а не устраивать им бесплатные завтраки! — зло сплюнул моряк, протянув табачнику пару монет и пустой кисет.
— Ой, а вы сами не лучше выглядите! — подбоченилась пышная товарка. — Ещё и хамло! Кого гнать, так вас!
— Я бы попросил…
— Люси шутит, — примирительно отозвался табачник, продолжая наполнять кисет.
— У дурной бабищи и шутки дурацкие, — скривился моряк.
— Что-о-о-о?! — от воинственного вопля Люси заложило уши.
Кажется, сейчас кого-то от души отметелят корзиной…
— Это, случайно, не сестра-близнец нашей кухарки? — хмыкнул Доминго, с удовольствием наблюдая, как цветочница наступает на моряка.
— Дрянь! — раздалось из магдинамика сдавленное шипение.
Воспользовавшись моментом, цветочница вывернулась из захвата и таки огрела мужчину корзиной по голове. На моряка посыпались разноцветные ленточки, а я тут же пожалела, что его не отхлестали по лицу букетом роз.
Нам бы проще было искать его по расцарапанной физиономии.
— Ты…, — на этот раз мужчина замахнулся кулаком. Мадам ловко увернулась и отпрыгнула в сторону. Зато мой кот решил честно отработать еду, и с диким мявом напрыгнул на моряка, умудрившись полоснуть его когтями по морде.
— Так его! Так его! Моя ж ты, киса! — восторженно воскликнула цветочница.
— Мря-у-у-у! — прошипел донельзя довольный дамский защитник.
Моряк зло выругался, но в этот момент на сцене появилось новое действующее лицо.
— Табак! — рявкнул моряк, практически вырвав из рук испуганного лавочника кисет. А затем, прихрамывая, поковылял к замершему возле фонтана Валентину.
— Смотрите! — Себастьян нахмурился и резко увеличил изображение. Теперь расцарапанная морда драчуна занимала половину экрана и стало отчётливо видно съехавшую накладную бороду.
