Арта встает с мыслями о том, как бы улизнуть от предложенного брака. Но на секунду пугается его решительности — ведь отказ выглядит жестким и может обидеть Себастьяна. Внезапно она задумывается: стоит ли уступить в этот момент? Как бы ни был злопамятен её ответ, заставляет задуматься над самой сутью этого предложенного брака....
Эти чувства затмевали всё, и других мужчин сестра просто не замечала, — глаза Вэнди заблестели от слёз, — она так радовалась, когда забеременела… а это стало началом конца. Появление ребёнка могло спутать карты Зверя, ведь с каждым месяцем беременности Таша становилась слабее, отдавая магическую силу малышу, а ждать пока она восстановится после родов он, видимо, не мог.
— Похоже, он уже начал ритуал, — предположил Леус, — и не мог всё отменить…
— Возможно, — кивнула ведьма, — в любом случае, тогда он впервые запаниковал и ошибся.
— И это помогло ему замедлить распространение скверны? — предположила Элоиза. — Ведь душа пары осталась при нём?
— Да, но это было лишь началом кошмара… Он пытал меня, срывал зло, — глаза ведьмы стали пустыми, словно у сломанной куклы, — а потом придумал, как повернуть всё в свою пользу и начал собирать Первый круг.
Безумец… чудовище… полоумная тварь…
Пройти сквозь скверну и не раскаяться, придумать столь жуткий план… всё же, Зверь слишком легко отделался! Простой смерти мало, чтобы искупить содеянное!
— Каратель связал вас магией подчинения, используя душу Таши в качестве «якоря»? — уточнил Леус.
— Да, и ещё он наложил на меня проклятье Тишины. Поэтому даже сбежав, я не смогла бы никому ничего рассказать и просить о помощи, — пояснила Вэнди. — Впрочем, не могу сказать, что мы часто разговаривали.
— Руны выбрали тебя, — эхом закончила я.
— Обречённых действительно выбирали руны, — кивнула ведьма, — но только из списка подходящих жертв, который составлял сам Мигель.
