Автор
Омск. Алина услышала слова своего дедушки Бесстрахова — она выйдет замуж за Александра Зверева, внук полковника полиции. Теперь ей предстоит принять это как данность и жить с тем, что Андрей Антонович, деспот-папа, имеет на нее глаза. Брак по дружбе — выбор между облегчением или страданием?...
Теперь на твоей шее. Только тебе это зачем?
– Не твое дело.
– Не мое… – тут Бесстрахов усмехнулся и поднялся, отступая к окну. – А ведь моя сестренка еще не знает, что ты в ней видишь совсем не подругу. Может, мне ей подсказать? Или договоримся?
– Я с такими мразями, как ты, не договариваюсь. Понял?
– Она ведь считает тебя добрым волшебником, отважным мушкетером и…
– Кто я для нее, тебя не должно волновать. Рот свой закрой и внимательно меня слушай. Пока меня не будет, ты должен приглядывать за ней.
– Да она лучше меня дерется! Что я могу?
– Ты оглох? Я тебе что сказал?
– Да присмотрю я за ней! Присмотрю!
– И если ее нужно будет забрать, ты задницу свою поднимешь и поедешь за ней.
– Но если…
– Да мне плевать на твои проблемы. Такси никто не отменял.
– Да что ты с ней возишься? Она ведь не девочка-паинька, а настоящая фурия. Да она…
– Это она с тобой такая, потому что понимает, что на такого идиота положиться нельзя, вот сама все тянет, скрепя зубами. У вас же не семья, а свора.
– Да ты… – Бесстрахов резко сорвался и пошел на меня, на что мгновенно отреагировал.
– Ты прыгать будешь перед дедом, которому вы все подлизываете, а меня будешь слушать и выполнять просьбы.
– Отпусти!
– Ты понял?
– Да!
Стоило его откинуть, как он скривился и процедил:
– Знаешь, я ведь ей расскажу…
– Не скажешь. Мы ведь не первый раз так разговариваем, верно? Ты меня знаешь.
Тут он сел на стул.
– И что же я тебе так не нравлюсь?
– Почему только ты? Ваша семейка поперек горла у меня стоит.
– И чем же?
– Трусы и паразиты, что вас любить?
Павел повел головой и сказал:
– Надеюсь, она поймет какой ты… и бросит.
– Свои гнилые мыслишки при себе оставь. Придет день, и она поймет, что своей семье не нужна и уже перестанет держаться за ниточки, что ей бросаете.
– Ты не знаешь нашего деда.
– Не хочу слышать жалкие отговорки, – сказал и тут увидел две сумки. Подошел и открыл, понимая, что это вещи Алины. Самую тяжелую закинул на плечо, вторую взял в руку.
– Я тебя предупредил. Свои проблемы ты разгребаешь сам. Или… к деду.
– К деду нельзя. У меня долги…
– Это твои проблемы. Не ее, – процедил и пошел на выход, по пути наступая на кусок засохшей пиццы. – И уберись здесь!
Лифт был занят, поэтому решил спуститься по лестнице. Пока сбегал, услышал звук входящего сообщения. Остановился, тут же нажимая на него.
«Предлагаю несколько спаррингов. Если, конечно, не занят…»
Усмехнулся, понимая, что уже не занят.
