Автор
Омск. Алина услышала слова своего дедушки Бесстрахова — она выйдет замуж за Александра Зверева, внук полковника полиции. Теперь ей предстоит принять это как данность и жить с тем, что Андрей Антонович, деспот-папа, имеет на нее глаза. Брак по дружбе — выбор между облегчением или страданием?...
Остановилась в проеме, наблюдая, как он на грязном столе с консервными банками и полупустой бутылкой водки схватил керамическую банку с сахаром и принялся что-то там отколупывать.
Нда уж. Видимо, клад искал.
– Я не приглашал… – бросил он, заметив наглую гостью на своей кухне. Не ожидал.
– А по мне видно, что я жду приглашения? – спросила и вышла в коридор, дотрагиваясь до ручки, ведущей в зал. – Открывай!
Мужчина перестал отколупывать сахар со стен сахарницы и быстро направился ко мне с вытянутыми руками.
– Да ты, падла.
Наклонилась, соединив руки, поднимая голову в момент, когда мужчина приблизился. Удар пришелся в подбородок мужчины, отчего он задрал голову, скуля от боли. Я же била ногой в пах, пользуясь его болевым шоком. Мужчина согнулся, на что рассчитывала, ударяя локтем по спине, направляя вниз к своей коленке, ударяя по лицу, бросая на пол.
– Хватит! Хвати-и-и-и-т… – заскулил он, и я отошла, давая возможность прийти в себя.
– А теперь познакомимся ближе. Я твоя новая злая соседка, которая ненавидит громких пьяных соседей, а особенно тех, кто применяет силу к детям и женщинам.
– Не-е-е-т. Я понял. Понял. Я просто не знал.
– Теперь знаешь. Дверь открыл… – спокойно напомнила, желая проверить женщину. Как-то она притихла. Убил? Хотя, мужчина довольно спокойный.
Сосед убрал ладони от лица и поднялся на ноги. Посмотрел на меня, плохо скрывая ярость, а затем достал ключ из кармана и открыл дверь, оставаясь на месте.
– Что стоим? Вперед. И без шуток, я очень агрессивная при намеке на нападение, – предупредила его.
Мужик кивнул и пошел вперед, я следом, отмечая женщину на диване. В рваном байковом халате, сальными волосами, закрывающими лицо, она молча лежала. Приблизилась и проверила пульс.
Спала. Еще бы! От нее несло таким перегаром, что сама опьянела.
– Нажралась она, вот и барагозила. Я ее того, ну, этого, успокоил.
– Может, тебя успокоить? – предложила, аккуратно просматривая голову на наличие ударов. – В обезьяннике все успокаиваются.
– Да я ничего не делал. Со своей бабой малеха шумел.
Приблизилась к нему и сказала:
– Ну, ты помни про злую соседку, ее мужа и родственников.
– Мужа…
– Угу…
– Это того? – тихо спросил и показал рукой на потолок. Видимо, про Стаса знает.
– Того самого, – просветила и направилась на выход.
