— Я могу войти? — уточнил он на всякий случай и после разрешения шагнул внутрь, становясь прямо за спиной.
Он смотрел на мое отражение, и темные глаза немного расширились, а грудь задвигалась чуть быстрее от потяжелевшего дыхания.
Не знаю почему, но меня не пугал этот взгляд. Он четко передавал настрой, как и затрепетавшие ноздри, но это не вводило в панику, а скорее… добавляло уверенности. Если Туман так смотрит, значит, я выгляжу неплохо, по крайней мере — не ужасно.
Движением руки он перекинул волосы мне через плечо на грудь. Не отводя взгляда, на ощупь принялся затягивать шнурок. Чем плотнее ткань прилегала к телу, тем ближе сдвигалась к центру грудь, визуально подчеркивая ложбинку в треугольном вырезе.
— Это не для плеч, Ия.
Чуткие ладони мягко отвязали натянутую мной конструкцию и опустили ее ниже, на пояс. Чувствуя широкие и горячие ладони Тумана на талии, я молчала, только быстро хлопала ресницами, слыша, как сердце забилось чаще.
Мужчина опустил руки ниже, нырнул мне под локти и погладил голый живот тканью, цепляя уголки шлейфа к лифу.
Теперь он свободно висел, вытягиваясь под своим весом, открывая вид на голую поясницу, но закрывая треклятые полоски на боках под почти прозрачной тканью.
Так наряд действительно выглядел лучше. Определенно. Образ казался цельным, что меня успокоило. Хорошо, что Туман знал, как правильно это носить, не то бы я опозорилась, придя на праздник, завернувшись в юбку как в мантию.
— Ты очень красивая. И соблазнительная, — сказал Туман, но так, что это не звучало как комплимент. — Боюсь, тебе может посыпаться множество предложений о замужестве.
— Не думаю, что хочу обзаводиться еще мужьями.
— Знаешь, в чем моя особенность, Ия? Я вижу правду. Всегда знаю, кто врет, даже сам себе. И сейчас ты с собой нечестна.
— Раэль. Ты неравнодушна к нему. Пусть это даже не симпатия, но он все же будит в тебе какие-то чувства.
— Нет, — кимтарец улыбнулся, глядя на меня через отражение и опуская свободные ладони на мой живот.
От этого касания стало жарко. Мурашки прохладным контрастным потоком пронеслись по спине и рукам, вынуждая втянуть еще немного воздуха.
— Не оправдывайся и не объясняйся. Во-первых, ты не должна, а во-вторых, от этого ничего не изменится. У меня только одна просьба.
— Какая, — боясь собственного голоса, спросила я, видя, как блондин опускается на колени за моей спиной, продолжая держать ладони на моем животе.
— Не отталкивай меня. Я буду стараться, нанеки. Я буду таким, каким ты захочешь, только не отталкивай меня от себя.
Развернувшись на пятках, я оказалась лицом к лицу с Туманом, который теперь придерживал меня за поясницу. Он был особенно собран, не прятал присущую себе улыбку на губах, подчеркивая важность своего желания.