В темном лабиринте под уличным светом, мусорные мешки с незнакомцем напоминают скорее копилку преступника. В глазах охраны я видел страх и недоверие — они готовы в любой момент переключить свой внимательный фонарик на меня, как быстрое и беспощадное оружие.
Основную вязкую массу, конечно, убрал, но до чистоты оставалось ещё очень далеко.
Клинок охотничьего ножа без труда разрезал кожу и мышцы. Мне даже удалось отделить немного от костей, и в этот момент я сделал первое открытие: грудная клетка отличалась от человеческой. Нет, по форме она была такой же, но вот рёбра… Казалось, будто они начали срастаться, превращаясь в сплошную бронированную плиту.
Постучав по ним ножом, понял, что с этим инструментом глубже мне не проникнуть.
— Колян! — крикнул я.
— Чего? — Тот появился буквально через секунду.
— Поищи где-нибудь топор. Может, в гараже есть. Или тесак мясной на кухне.
— Тесак есть, — донеслось из глубины.
— А молоток?
Некоторое время висела тишина, а затем в проёме появился Колян, который держал в руках все перечисленные мной инструменты, включая топор.
— У двери нашёл.
— Отлично, — улыбнулся я и поднялся с пола.
Брат подошёл ко мне и, протянув орудия для вскрытия, внимательно осмотрел то, что мне удалось освободить от плоти.
— Фигасе, — хмыкнул он, — мощная грудина.
— Вот и я так подумал, — пробормотал я, примеряясь к топору.
Кость удалось проломить только с третьего удара. Но не потому, что она была невероятно крепкой, просто я постепенно наращивал силу, чтобы не испортить ничего внутри. Не повезло: последний размах оказался слишком мощным, и лезвие топора с чавканьем ушло во внутренние органы. При этом ещё и наглухо застряло там. Пришлось даже ногой упереться, да и то без раскачивания извлечь орудие не удалось.
И я перешёл к более гуманному способу.
Взял тесак, наставил туда, куда нужно, и приложил по нему молотком. Дело шло медленнее, но гораздо аккуратнее. Колян потоптался немного рядом, но вскоре свинтил наверх набирать воду, оставив меня в гордом одиночестве.
Вскоре мне удалось вырубить в рёбрах небольшое оконце, сквозь которое я проник внутрь. А когда отодвинул в сторону лёгкое, многое стало понятно. По крайней мере, причина смерти выродка: его сердце.
Выстрел Заварзина был настолько точным, что оставил от него одни лохмотья.
Я снова осторожно подхватил его крохотный кусочек и зачем-то посмотрел на него на просвет. Будто это не плоть, а кусочек бутылочного стекла. Само собой, что таким образом я ничего не увидел, но вот мысли…
Я быстро сопоставил то, как и каким образом прошла картечь и что именно могло попасть в тело Коляна, чтобы залечить его рану.
