В зале ресторана яркий свет люстр и плафонов сверкал среди гостей. За окном была ночь — миллионы звезд осыпали черное небо холодным сиянием, а рядом ритмично шумел океан. Женщина поднялась на балкон, устремив взгляд к волнистой дымке моря. Красота и безграничность ночи лишь усиливалась — где-то далеко горизонта мерцал свет от встречного судна, за кормой мелькали вспенившиеся турбуны волн....
Правда, доказать, что это он убил своего компаньона, будет непросто…
– И не слишком сложно, – возразила Надежда. – Он мне сам только что в этом признался. И еще одну женщину он убил – искусствоведа, которая диссертацию по творчеству твоей, Нина, бабушки писала.
– Ольгу Левицкую? – ахнула Нина. – Она же буквально полгода назад мне звонила…
– Разберемся… – насупился Мясников, – во всем разберемся… в общем, мы его забираем, сперва сами с ним поговорим по-своему, а потом передадим его полиции…
– В одном только хочу вас огорчить, Виктор Иванович, – сообщила Надежда, – лекарство от болезни Альцгеймера вам вряд ли удастся получить.
– Ну, это мы еще посмотрим. Честно говоря, я не слишком рассчитывал на Георгия, и параллельно тем же вопросом у нас занималась другая группа ученых. Уже без всякой мистики, – ответил Мясников, – а вас, Надежда Николаевна, я хотел бы отблагодарить…
– Ни боже мой! – Надежда замахала руками.
– Так не делается. – Мясников нахмурился. – Я не люблю быть в долгу. Ни перед кем.
– А тогда, – Надежду осенило, – тогда посодействуйте Лидии Сушковой с квартирой. У нее зять нанял подлеца-адвоката и отобрал квартиру. Так что вы уж восстановите справедливость, сделайте доброе дело. Тем более ваша мама к Лидии очень хорошо относится…
На этом разговор закончился.
Люди Мясникова забрали Георгия и отбыли вместе со своим шефом.
Нина и Надежда остались одни.
– Вот так вот… – пробормотала Нина, – вот и кончилась моя, с позволения сказать, семейная жизнь…
– Стоит ли жалеть? – Надежда подняла брови.
– Не стоит, – согласилась Нина, – забуду ее, как страшный сон. Уже забыла.
– Ну, мне, пожалуй, тоже пора отправляться домой, – засобиралась Надежда. – Моя-то семейная жизнь продолжается. Муж скоро придет, и кот некормленый…
– Кстати, о коте… – робко заговорила Нина.
С этими словами она показала на кресло, из-под которого выглядывала остренькая мордочка с двумя живыми бусинами глаз.
– То есть ты хочешь, чтобы я его забрала? – удивленно осведомилась Надежда.
