Никите особенно нравился музыкант Розенбаум. Его песня "Утки" запал в душу. Но стрелять никому он не хотел — поначалу это было необходимостью, но теперь казалось просто беззаконием. Однажды Никита был вынужден применить оружие, и вот эта история его спасла.
Задом забрался в шахту, втянул за собой уже мертвого боевика.
Сверху загрохотали автоматные очереди, пули с визгом бились о бетонные стенки колодца, но в шахту вентиляционного хода ни одна не влетела — не с того угла бил автоматчик. Ему бы в шахту колодца спуститься. Но, видно, кишка у него тонка.
— Он всего один, — разоружая покойника, заключил Дима. — Сейчас мы его…
Он забрал у боевика короткоствольный «АКС-74у». И с ним высунулся из шахты. Грохот короткой автоматной очереди заложил уши.
— А-а, ссышь, ублюдок!… — сквозь звон и вагу в ушах послышался Димин голос.
Он совсем выскочил из шахты, бросился к лестнице, поднялся вверх и тут же спустился вниз.
— Давай, давай, — протянул он руку Марте. — Удрал, гад. На мотоцикле удрал… Путь пока свободен…
Но она не беспомощная девочка. Сама выбралась из шахты.
— Что это? — спросил Дима.
— Я думаю, это пистолет…
Она тоже обзавелась трофеем. Вытащила из кобуры пистолет Макарова, про запасную обойму тоже не забыла.
— Дай сюда! — потребовал Дима.
Марта послушно протянула ему оружие. Она признала его право на лидерство. Ведь это право он доказал делом.
Дима быстро снял пистолет с предохранителя, дослал патрон в патронник. Сунул его в руку Марте. Вместе с ее руками направил ствол на шахту, из которой вот-вот могли выскочить преследователи.
— Нажимаешь вот так!..
Ее пальцем он нажал на курок. Грохот выстрела звоном отозвался в ушах. Пуля ушла в черное жерло шахты.
— Если кто появится, стреляй. Как я показал.
— Поняла… — кивнула Марта.
Сам Дима поднялся по лестнице, высунул голову из люка, еще раз оценил ситуацию. Помог подняться Кате, вместе с ней выбрался на поверхность. Марта прикрывала отход.
За это время из шахты не появился никто. И не стреляли оттуда.
— Марта!.. — крикнул Дима.
Она не заставила повторять дважды. И по-кошачьи быстро понеслась вверх по лестнице. Ступила на земную твердь. В одной руке пистолет, во второй запасная обойма. На ней было грубое тюремное платье, ни единого кармана в нем.
Поздняя осень, холодно, снежная крупа в лицо. А на ней лишь платье. Но не время жаловаться на погоду…
— Вот сюда! — Дима показал рукой на полуразрушенное кирпичное здание метрах в пятидесяти от выхода.
Они устремились туда. Не прошло и минуты, как они оказались внутри здания и Дима взял на прицел выход из подземелья.
Марта не поняла, где они находятся. Открытая местность, разбитая на квадраты бетонными дорожками.
