Никите особенно нравился музыкант Розенбаум. Его песня "Утки" запал в душу. Но стрелять никому он не хотел — поначалу это было необходимостью, но теперь казалось просто беззаконием. Однажды Никита был вынужден применить оружие, и вот эта история его спасла.
Грязные растрескавшиеся бетонные площадки, какие-то навесы с дырявыми крышами, полуразрушенные коробки строений…
— Здесь раньше тактические ракеты собирали, — сказал Дима. — Сборка, погрузка, заправка… Давно это было. Сейчас запустение… А под землей командный пункт был. Сейчас там тюрьма… А вот и тюремщики!
Из открытого люка на поверхность выбирались люди в камуфляже и с короткоствольными автоматами. Один, второй, третий… Всего четверо.
Боевики из службы внешней охраны. Дима не знал никого из них. Тем легче будет убивать.
Помидор поднял тревогу — это само собой. Внешняя охрана ощетинилась автоматами. Только все почему-то решили, что беглецы не смогли перебраться через вентиляторы. Поэтому основные силы были брошены в погоню, а не наперерез. К выходу из вентиляционной шахты послали всего двоих. Одного Дима снял, второй оказался трусом. Только почуял запах жареного и вмиг оседлал «железного коня», дал деру. Наверняка за подкреплением поехал. Поэтому нужно спешить разделаться с четверкой преследователей.
Легко сказать. А как это сделать?..
У него всего один магазин. И то почти наполовину пустой. Одно утешение. Все четверо собраны в кучу. Их можно положить одной длинной очередью.
Дима тщательно прицелился…
В армии он служил в роте охраны. Стрелять их учили. Но только по мишеням.
Палец плавно начал топить спусковой крючок. Нельзя ждать выстрела, он должен прозвучать неожиданно. Иначе рука дрогнет еще до того, как боек пробьет капсюль первого патрона.
Мушка и прорезь прицела совпали на одной линии с пузом первого боевика. Автомат с грохотом содрогнулся в руках. Боевик тоже дрогнул, удивленно прижал руки к животу, выпученными глазами глянул в сторону, откуда прилетели пули. И упал… А Дима уже перенес огонь на других.
Он смог завалить еще одного. Но двое успели рухнуть на землю. Пули просвистели над их головами.
Уцелевшие боевики перед ним как на ладони. Вот-вот ударят их автоматы… Дима должен опередить их.
Боевики открыли огонь. Дима едва успел спрятать голову. Пули влетели в оконный проем, но достать его не смогли.
Что же делать? У него нет больше оружия!.. Дима был в отчаянии. Но вдруг взгляд его упал на Марту. Она сидела на корточках у соседнего оконного проема. В руках пистолет. Ждет чего-то…
Да нет, не ждет. Ей просто страшно. И про пистолет она просто не помнит.
