Никите особенно нравился музыкант Розенбаум. Его песня "Утки" запал в душу. Но стрелять никому он не хотел — поначалу это было необходимостью, но теперь казалось просто беззаконием. Однажды Никита был вынужден применить оружие, и вот эта история его спасла.
Сначала перед Никитой возникла одна уголовная рожа, затем вторая, третья… Один уже в годах — лет под сорок. Но крепкий дядя, кулаки-молоты. Второй совсем молодой. Но ранний. Змеиный яд во взгляде, резкие движения. Третий тоже здоровый. Но чувствует себя неуверенно. Явно нервничает. И не смотрит Никите в глаза.
И четвертый со своего места поднялся. Маленький, щупленький. Но руку почему-то за спиной прячет.
— Заждались, мурики? — спросил Никита.
Он понял все. Вот какой сюрприз приготовили ему менты. Сейчас эти скопом набросятся на него.
А могут ведь и убить. Ненароком. Или даже нарочно. Тоже очень удобный вариант. Результат экспертизы против Никиты, Косвенных улик и так хватает. Никиту можно грохнуть. Все равно по всем ментовским делам он пройдет как убийца. Убийство гражданки Зайцевой раскрыто, преступник установлен, задержан, но погиб в результате несчастного случая. Все, дело можно закрывать. Доблестный МУР отрапортует о раскрытии еще одного преступления.
— Заждались, — прохрипел первый здоровяк. — Давно тебя ждем…
— Сестру он мою замочил, — показал на Никиту пальцем второй.
— Вы меня с кем-то путаете…
— Да нет, не путаем… Ты мою сестру замочил.
— И мою…"
"— Мою тоже…
Это спектакль. От этих ублюдков требуется «справедливое» возмущение. И вот оно, пожалуйста.
Сцена неубедительная. Но ставил ее опытный режиссер.
Только еще неизвестно, с чьей стороны прольется кровь.
Четверо медленно и неотвратимо надвигались на Никиту. Еще одна-две секунды, и начнется…
— Эй, мужики, я что-то не понял… — Никита испуганно попятился к двери.
— Гасить тебя будем, чего тут не понять…
— А может, не надо?.. Я бизнесмен. Очень богатый. У меня много денег. Не трогайте меня, а?.. Прошу вас. А я вам каждому по миллиону…
Те задумались.
— По миллиону долларов…
Застыли как вкопанные. Миллион долларов — это очень много.
— На каждого счет в швейцарском банке открою. Деньги туда переведу…
У них перед глазами замелькали семизначные цифры, где-то на горизонте замаячили роскошные виллы, дорогие машины.
Их было четверо. Но миллионы разъединили их. Они уже не вместе, они каждый по себе.
Этого и добивался Никита.
