Автор
В диванной клетке пара скользит по ловким струйкам нежности и желания, а ты чувствуешь каждую тонкость их взаимодействия — сначала любопытство, потом возбуждение. Название "Брат моего парня" готовит романтический ужас, где обычные события кипят в океане интриг и секретов, пока ты не выведешь эту историю из тени....
Стоит скосить глаза, как натыкаюсь на затаенный взгляд Карины Калининой.
Спрятав подбородок под воротником куртки, она наблюдает за мной почти без стеснения. Она близка к тому, чтобы прожечь на моем лице дыру, но я больше пальцем ее не трону, до тех пор, пока не решу свои проблемы.
Как только дотронусь, член опять вытянет из башки всю кровь, и я опять перестану соображать.
Лучше мне вообще к ней не прикасаться.
Касаться ее — это как жрать конфеты и заедать их острым перцем.
Я в полном дерьме.
После снегопада двор ее дома выглядит, как перепаханное поле. Колеса моей машины в буквальном смысле прокладывают дорогу для будущих поколений.
Когда торможу у подъезда номер три, глушу мотор, оставляя включенным зажигание, чтобы тихая музыка из динамиков немного разбавила молчанку, в которой мы играем всю дорогу.
Прикрываю глаза и откидываю голову на спинку кресла.
Мне нужна минута, чтобы еще немного подумать, но пока в машине присутствует мой раздражитель, думать почти нереально.
Я пропах ею с ног до головы, хотя мы даже не раздевались. Может, мне это кажется, но в носу, кроме ее запахов, других нет. Запах ее волос, кожи, губ.
Она не задает мне вопросов, и это хорошо.
С ручного управления на автопилот я перешел с той минуты, когда снял трубку и услышал ее голос. Я чуть не выпрыгнул из штанов. Ее из мозгов даже керосином не вымыть.
Я больше не хочу пытаться. Я все отправил в задницу.
Возможно, я просто не могу провести с ней наедине больше часа и не коснуться.
— Мне нужно идти… — бормочет. — Иначе мама начнет меня искать…
Сказав это, она отстегивает ремень, но не двигается с места.
— Послезавтра я буду одна дома… — слышу торопливые слова. — С двух дня и… до вечера…
Кровь новой волной омывает мой член.
Глубоко вдыхаю, прежде чем повернуть голову.
Ее глаза огромные, и них напряжение. В свете подъездного фонаря, цвет этих глаз даже приблизительно не тот, что я знаю.
Если бы нам нужно было место, чтобы заняться сексом, я бы сам нашел его для нас. Ее стеснение намекает мне на то, что именно секс она и предлагает, зовя меня “в гости”. И делать это ей явно не в кайф, потому что она отводит глаза.
Несмотря на частичное отсутствие кровообращения в голове, я все еще помню о том, что у меня есть девушка, которая мне доверяет. Это то, о чем я думаю всю дорогу.
