Автор
В дверях ресторана я чувствую себя хуже никогда: тащусь из-за своей нелепой робости и жду тамошних родных, которых не хочу видеть. Но как бы то ни было, приходится быть кроткой в этой ситуации — уж слишком Слава настроил их на праздничный тон.
Уносит куда-то в космические дали от того, что я слышу те слова, о которых столько лет мечтала.
– Люблю. И тогда любил, – покрывает торопливыми поцелуями лицо Рысев, нашептывая себе под нос, – ты нужна мне, Лан. Вы с Лясей мне нужны… Клянусь, больше никакого вранья и недомолвок. Хватит. Наелись уже оба… – вздыхает Леша, с каждым словом говоря все тише и тише. – Я хочу будущего с тобой.
Я люблю тебя.
Леша усаживает меня на тумбу в прихожей и ждет. А я, чтобы просто позорно не разреветься от счастья, снова затыкаю все слова поцелуем.
– Мулька, я кочу пить."
"Воуч! Как будто в ледовитый океан окунули, и я замираю. Мы оба замираем, когда за спиной Рысева, в детской, слышится торопливый топот маленьких ножек, и косимся друг на друга с легкой растерянностью двух безумцев, которым напрочь снесло крышу.
– Лысь!!! – Лясин визг на том конце коридора, на который мы моментально и оборачиваемся, наконец-то выдыхая и ловя связь с реальностью.
– Пуф-ф-ф... – шумно выдыхает Леша и смеется, утыкаясь лбом мне в плечо. – Я взорвусь, – шепчет тихонько, чтобы услышала только я. А эта бандитка, которой следовало бы сладко спать, уже летит к нам через весь коридор с явным намерением отхватить порцию “поцелуев” и себе.
– Лысь плишел!!! Мулька, Лысь!!! – вопит Ляся, вешаясь на шею мужчины маленькой обезьянкой.
– Зайчик, ты почему не спишь? – щелкает малышку по носу Рысев, а я, все еще сидя пятой точкой на комоде, путаюсь пальцами в волосах Леши, чуть ероша и так достаточно растрепанную моими руками шевелюру, и не сразу понимаю, что по щекам бегут слезы. Это от нервного потрясения... точно. От счастья. Огромного и безграничного, что захлестывает в этот момент со всей силы.
