Марта шагала по проспекту, глядя на празднично украшенные домики. Ее платье, как кружевная птичка, следовало за ней по земле. Взгляды прохожих мельницы вращались вокруг нее, удивленными и восхищаемыми ее красотой и уверенностью. Отец Марты пристроил дочь на главную роль перед окончанием школы, и она знает, как жить дальше — как стать актрисой в великом театре жизни....
Теперь его найдут, когда падалью завоняет."
"Вице-президент жил в Черемушках, в стандартной двенадцатиэтажке. Он нехотя показывал путь. А если бы Купец убрал нож с его голого пуза, он бы вообще отказался сдавать самого себя.
К дому подъехали на двух машинах.
Кубометр действовал в наглую. Всех своих бойцов в подъезд загнал, с автоматами наперевес. Это его и спасло, когда вдруг сверху и снизу появились три мента в бронежилетах и с автоматами.
Только Кубометра врасплох не возьмешь. Его пацаны всегда на стреме, и «стволы» у них в любой момент пальбу поднять готовы — на хрен всякие там предохранители.
Обе стороны открыли огонь одновременно. Грохот в подъезде поднялся неимоверный. И все пространство вокруг заполнилось свистящим и визжащим свинцом.
Менты попались какие-то не такие. Двух пацанов уже положили, а потом вдруг нервы у них не выдержали. Один с пробитым черепом на месте остался. А двое вниз по лестнице ломанулись. Но Кубометр не собирался отпускать их. Он шел за ними. И остановился, когда загнулся последний мент.
Кубометр потерял двоих — Бутыля и Валета. Их обоих смертельно ранило. А еще вице-президента замочили — только это не потеря. Все равно камушки и бабки с него уже не взять.
Бутыля и Валета вниз бы спустить да в машину затолкать. Нельзя их здесь оставлять. Но и возиться с ними некогда. Уходить надо быстрей. Как бы новая партия ментов не нагрянула.
— Извиняйте, пацаны! — холодно посмотрел на Бутыля и Валета Кубометр.
Ни одна черточка не дрогнула на его каменном лице, когда он выстрелил в голову сначала одному, затем другому.
Кубометр уже успел выехать со двора, когда мимо него промчались две ментовские машины с мигалками.
— Менты, падлы! — сквозь зубы процедил Купец. Он уверенно вел машину. Только сам не знал, куда едет. Москва для него темный лес.
— Лихо нас накрыли, — согласился Кубометр. — Быстро вычислили…
— Да уж, Москва не Бобровск, здесь ментам хрен в рот не клади, в натуре…
— А чо, разве они чисто не отсосали! — загоготал Кубометр.
Его руки в ментовской крови. Это не прощается. Теперь за ним будут охотиться с пристрастием. Только ему все по фигу. Не боится он ментов. Никого не боится…
Уже третий месяц он в столице. Дом в одном подмосковном селе снял, с Тонькой в нем живет. И бригада его боевая с ним. В Бобровск он возвращаться не собирается.
