Марта шагала по проспекту, глядя на празднично украшенные домики. Ее платье, как кружевная птичка, следовало за ней по земле. Взгляды прохожих мельницы вращались вокруг нее, удивленными и восхищаемыми ее красотой и уверенностью. Отец Марты пристроил дочь на главную роль перед окончанием школы, и она знает, как жить дальше — как стать актрисой в великом театре жизни....
В черных одеждах с белым верхом она стояла возле его двери.
С каких это пор монахини стали ходить по квартирам за милостыней? Нонсенс?.. Да нет, это расчет! Так решил Никита, когда увидел в двух шагах от монахини подозрительную тень.
Это не монахиня. Это подстава. Он ей сейчас откроет дверь, и в квартиру вломятся крепкие хлопцы с черными помыслами и черными пистолетами.
— Чего надо? — спросил Никита. Его голос принял приемник, передал сигнал на передатчик, который находился в его квартире.
— Чего надо? — послышалось из-за двери пустующей квартиры.
Он ожидал услышать что-то вроде: «Подайте Христа ради!» Но услышал совсем другое.
— Никита, не открывай! И голос до боли знакомый.
Пред монахиней возник здоровый бугай, он ухватил ее за шею, прижал к себе.
— Ну ты тварь! — прохрипел он.
В руке у него пистолет. И, казалось, он вот-вот направит его на монахиню.
Никита нажал на кнопку. Электрический сигнал по проводу передался на замок в квартире. Щелкнул механизм — дверь в его с Мартой квартиру открылась.
Бугай ногой распахнул дверь, выставил вперед пистолет. Но в дверной проем шмыгнул не он. А двое с пистолетами. Он зашел после них. Вместе с монахиней…
Еще один боец остался возле двери. Чуть ниже по лестнице.
Никита вышел из квартиры. В руке пистолет с глушителем.
Только он появился на лестничной площадке, как раскрылись дверцы лифта.
— Вай, а это он, козел! — послышался голос с акцентом.
Никак недавние гости с Кавказа на разборки пожаловали. Только не до них сейчас…
Никита видел, как боец Ленчика вытаращился на него.
И продолжил путь. Ворвался в квартиру. Бугай с монахиней стоял в прихожей. Но он даже не успел обернуться на звук. Никита приложил ствол к его голове и нажал на спусковой крючок. И тут же забыл о втором трупе…
Из кухни выскочил один боец. Никита выстрелил на опережение. И вставил ему свинцовую пломбу точно в переносицу. Еще одного он достал, когда тот выскочил из спальни.
Не обращая внимания на монахиню, Никита выскочил из квартиры. И увидел нацменов. Их было трое. Все они были в шоке. Ужас кровавой расправы парализовал их.
— Вы что-то хотели? — ухмыльнулся Никита.
— Да нет, ничего… Ми это… Ми пошли…
— Вы все видели! — Никита направил ствол на одного из них.
Послышался какой-то выхлоп, и в воздухе резко завоняло.
