Автор
В уютной атмосфере приготовленного кабинета, где обычно царит строгость, я ненадолго расслабилась, прислушиваясь к собственным шагам. Однако моя бдительность не позволяла мне полностью отвлечься, и я продолжала поглядывать на своих учеников, готовясь к очередному взмыванию возвращения....
Договорюсь с ними, что продам квартиру и все остальное отдам.
А там уже буду смотреть, выкручиваться.
И Сева… Он придет в себя. Конечно, придет! В конце концов, у него все функционирует же! Просто в голове гематома. Она пройдет! Врачи не обнадеживают, но я-то лучше знаю своего мужа! Он борец! Он справится!
Звонок на урок совпадает с телефонным. Я изучаю пару мгновений незнакомый номер и не беру трубку. Если это опять коллекторы, то ничего нового не услышу. А по машине с наскоку не поговоришь. Значит, все потом.
Телефон перестает звонить, а затем мигает значок принятого сообщения. Открываю:
«Алина Родионовна, вам одобрен кредит на сумму…»
8
Участкового зовут Виктор Сергеевич Метлинов, хотя он настойчиво просит звать его просто Виктором. Мне это кажется неловким и неправильным, как и вся ситуация в целом.
Виктор Сергеевич сидит в нашей с Севой маленькой кухне, пьет чай и принесенный с собой коньяк, говорит про свою работу, про то, как тяжело и одиноко, и как иногда хочется простого человечекского тепла.
А я слушаю его и заторможенно размышляю, кажется ли мне в происходящем определенный личный контекст, или не кажется… И, если не кажется, то каким образом я умудрилась дать понять этому мужчине, что заинтересована в нем. Именно, как в мужчине? И, самое главное, когда? Когда согласилась на помощь в ремонте карниза? Когда рассказала о своих проблемах? Расплакалась у него на груди?
Что вообще происходит?
И что мне делать теперь?
Я вернулась с работы, подходила к дому и увидела его, ожидающего у подъезда.
А вот теперь вижу, что может…
Виктор Сергеевич пьет коньяк, хотя до конца рабочего дня еще далеко, только обед, осматривается вполне по-хозяйски, и этот взгляд настораживает. Я изо всех сил гоню мысли о том, что у него могут быть определенные намерения, пытаюсь оправдать поведение участкового ответственным отношением к работе, а свои домыслы – собственной нервозностью и полным фаршем в голове.
Но с каждой минутой как-то все тревожней и тревожней становится.
– У тебя покосился шкаф, – Виктор Сергеевич отставляет в сторону пустую рюмку и показывает на навесной шкафчик, – давай, починю.
Мы на «ты» уже?"
"– Спасибо… вам, – после паузы четко отвечаю я, желая пресечь все попытки перейти на более близкий уровень общения, – не нужно. Я сама.
