КАМИЛЛА хватается за перила, чувствуя себя на грани упругости льда. В животе вздрагивает маленький ребенок, и кажется, что вот-вот все сдвинется с мертвой точки. Она вспоминает забывчивость и растерянность - как можно быть такая невнимательной? Отсюда она переправляется через весь город к свекрови за зарядом телефона, не заметив даже ключей от дома....
Неожиданно в груди запекло чувство стыда. Мне стыдно. Впервые в жизни стыдно сказать, что денег у меня нет. Моя мама не была богатым человеком, так же, как и отчим. В студенческие годы зарабатывала на рефератах и дипломных работах. После института сразу устроилась на работу, бабушке было тяжело оплачивать всё одной.
– Я жду.
Напомнил о себе брат Савелия.
– Моя сумочка осталась в доме вашей матери, у меня нет ни денег, ни документов, – нахожу, что ответить.
Я не солгала, просто умолчала, некоторые очень важные для меня моменты.
– А та тысяча, что ты мне заплатила, как я понимаю была последней, – кривит губы в усмешке, а глаза холодные и строгие.
Отвожу взгляд в сторону, не хочу отвечать на его вопрос. Хочу, чтобы меня оставили одну.
– Поднимись на второй этаж, закрой квартиру, ключ в замке, – говорит Антон выбравшемуся с места водителя громиле, который шустро распахнул перед нами заднюю дверь автомобиля.
– Понял шеф, – пробасил водитель, и скрылся за дверью подъезда.
Меня не собираются отпускать! Зачем он это делает? Для каких целей я ему понадобилась? Чего он ко мне прицепился?
– Скажите, что вам от меня нужно? – слышу, как дрожит собственный голос.
– Племянника здорового! – неожиданно рявкает мужчина, и буквально забрасывает меня в салон своего автомобиля, и громко хлопает дверью.
Зажмуриваюсь от страха, прижимаюсь к закрытой двери, чтобы быть подальше от хозяина автомобиля, который сейчас займёт место рядом со мной.
Ему нужен мой ещё не родившийся ребёнок?"
"Тут же начинаю паниковать.
Или же я неправильно поняла его ответ? Ведь он сказал: «Здорового племянника», и не слова о том, что я должна его отдать.
Дверь спереди открывается, и я с удивлением смотрю на Антона, который занимает место водителя. Он сам поведёт? А тот громила?
Облизываю пересохшие губы, мне нужно спросить его ещё раз, для чего он всё это делает.
– Что… что вы от меня хотите? – переспрашиваю я севшим голосом, и едва не плачу, боясь услышать свои страшные мысли, что лезут в мою голову.
– Да с чего ты взяла, что я от тебя, что-то хочу?! – резко поворачивается в мою сторону, сверкает своими глазами полными ярости, – с тебя даже взять нечего! Ни рожи, ни кожи, только пузо до носа! И мозгов, что у курицы! – рявкает брат Савелия.
Я должна радоваться его ответу, мой ребёнок ему не нужен, но его слова западают глубоко в мою и так израненную душу.
Я знаю, что не красавица, никогда себя такой не считала, но слушать такие слова в свой адрес очень обидно.
