КАМИЛЛА хватается за перила, чувствуя себя на грани упругости льда. В животе вздрагивает маленький ребенок, и кажется, что вот-вот все сдвинется с мертвой точки. Она вспоминает забывчивость и растерянность - как можно быть такая невнимательной? Отсюда она переправляется через весь город к свекрови за зарядом телефона, не заметив даже ключей от дома....
Вновь не отвечаю, но этого и не надо, муж отрывает от меня свой взгляд и устремляет его точно на маленькое окошко ванной комнаты.
На губах мужчины появляется ухмылка, он кивает головой, как я поняла своим мыслям, и делает шаг в мою сторону.
– Тебе не кажется, что это окошко маловато для тебя?"
"Суть его вопроса я не понимаю, дёргаюсь назад, аккуратно отступаю от надвигающегося на меня мужа. Савелий подходит ближе, я делаю ещё шаг назад, но он хватает меня за руку и тянет к себе.
– Пусти меня! – вскрикиваю испуганно, упираясь ладонью одной руки в грудь мужчины, вторую он крепко держит за запястье.
– Тихо, – сквозь зубы цедит муж, склоняя своё лицо ближе к моему.
– Сына, аккуратней, ты можешь сделать больно своей жене, да и синяки могут остаться, – возмущается свекровь в сторону сына, «заботясь обо мне».
Вот только поздно, я прекрасно слышу посыл Саве в её словах, «нельзя оставлять следы».
Савелий стискивает зубы, его скулы напрягаются, он закрывает глаза на пару секунд.
– Прости милая, тебе же не больно? – открывает глаза, произносит с нежностью, которую просто выдавливает из себя через силу.
Больно! Только не физически. Так не должно быть! Не должно! Он предатель, изменщик, игрок чужими жизнями! Он сына у меня хочет отобрать! Мою крошку который ещё не родился!
– Отпусти! – требую свободы, дёргаюсь всем телом, но куда мне против него, да ещё и в положении.
Чувствую, как начинаю дрожать, и следующие слова явно не будут звучать ровно, как сейчас.
Сава совершенно не слушает меня, он ловко оказывается позади меня, крепко стискивает мои плечи, подталкивает меня вперёд.
– Идём, поговорим в гостиной, здесь холодно, можешь заболеть и навредить моему ребёнку.
«МОЕМУ!». Он сказал «моему», не нашему.
– Отпусти меня Савелий! – как я и думала, голос дрожит, и звучит жалобно, – ты лжец, предатель, мерзкий изменщик! – нахожу в себе силы продолжать кричать, и не важно уже, как звучит мой голос.
Не применяя слишком много силы, он затягивает меня в гостевую, оттесняя от заветного выхода, из дома. за нами следом спешит свекровь, я отчётливо слышу её шаги.
– Снимай свой пуховик, – командует муж, нависая надо мной, – или же я сам это сделаю, – говорит и хватается за раскрытые полы моего пуховика, показывая, что он исполнит своё обещание.
