Фигура в алом трико на фоне мрачной погоды становится воплощением противоречивой силы и несогласия с унылым будним днем. Воздух вокруг наполнен напряжением, словно готовясь к чему-то большему и важнее. Федор на мгновение теряет равновесие, подтверждая мысли о ближайшей перспективе — ответе, который он не в силах отложить....
А уж после всего, что между нами было, точно поможет мне узнать, кто все-таки погубил несчастную балерину.
Я считала себя виновной в гибели Ольги.
Она ведь на встречу со мной шла. А встретила свою смерть.
Что настолько важное балерина могла внезапно вспомнить? Зачем ей понадобилось вызывать меня ночью, в уединенное место?"
"Или Ольгу специально выманили? И сообщение отправляла не она, а убийца? Чтобы меня подставить? А что, неплохая комбинация. Эсэмэска от балерины в моем телефоне, я на мостках, в воде ее труп.
Взгляд упал на ватник Нурлана — он так и лежал на батарее, потому что в девять утра был еще влажным.
Я не поленилась вылезти из постели, проверить — теперь высох полностью.
И страшно обрадовалась, что появился повод.
Немедленно позвонила черноглазому полицейскому. Наверное, сейчас он тоже отсыпался после суток и секса — у себя дома. Однако ответил на втором гудке, бодрым голосом:
— Алло!
Мне явно обрадовался и сразу предложил:
— Римк, поехали со мной обедать!
Отказываться я не стала.
* * *Русский мужик после бессонной ночи обычно бледен и вял. Но на смуглом лице Нурлана ни намека на усталость я не увидела. Я улыбнулась:
— Тебе спать вообще не надо?
Ответил мгновенно:
— Меня любовь с тобой возродила.
Эффектно выражаются псковские полицейские. Мне было приятно.
А Нурлан продолжал осаду:
— Ты такая красивая! Феерически, бомбически, фантастически!
И столько страсти во взгляде, что никаких сомнений, какой конкретно он предпочтет десерт.
Ладно, посмотрим, чего больше захочется лично мне.
Нурлан распахнул передо мной дверцу своей скромной «Нексии». Объявил:
— Едем в Псков. Здесь обедать все равно негде. Единственная столовая закрыта.
Я не стала спрашивать почему.
— Ты пиццу любишь? — поинтересовался он.
— Сейчас я даже на крокодила готова.
— А их едят?
— На Кубе пробовала. Довольно жесткий и сладковатый.
— Круто.
Я слегка встревожилась.
Секс, безусловно, получился потрясным.
Но если я использую Нурлана, чтобы получать служебную информацию, может, и у него виды? На переезд в Москву, мою квартиру, совместные заграничные поездки (каковые вряд ли возможны на его полицейскую зарплату)?!
«Будь осторожна, Римма», — предупредила себя я.
Поели мы быстро — нежнейшая пицца со странным названием «Пять сыров» сама растаяла во рту.
