В темной комнате шестого утра, Никита чувствует себя как в сне. Его жена Марта неотразима: ласки и поцелуи превращают его в слушателя любви. Просыпаться становится невмоготу — он остро ощущает бурю чувств, заставляющую шуметь кровь и пульсировать грудь.
— Что, совсем сдох?
Гиря только кивнул. У него не было сил даже говорить.
— В натуре, а еще спортсмен… — презрительно скривился Батон. — У вас чо, среди «новых» все такие дохлые?..
Гиря промолчал. Не мог он говорить. Да и нечего ему было сказать.
Впрочем, Батон и не ждал ответа. Все внимание он переключил на пассажиров автобуса. А их было не так много. Пять мужиков и несколько баб. Все перепуганы до смерти. Слово боятся сказать. Естественно, Батона интересовали бабы.
А Гирю куда больше интересовало переднее сиденье.
— Правильно, — кивнул Гренка. — Здесь и торчите. Все одно толку с вас…
Чифирь расположился на переднем сиденье. Держал водителя на прицеле автомата. Рыжик неподалеку. Сидел и смотрел вперед. Только будто ничего не замечал. Какие-то мысли бродили в его голове.
Гиря очень хотел надеяться на то, что мысли эти не пустые. Наверняка в лагере уже шухер. Солдаты получают оружие, патроны, кинологи готовят к выезду собак. Вся эта сила рассаживается по мощным «Уралам».
Вдоль реки растут деревья. Даже с лагерных вышек не было видно, как беглые зэки останавливают автобус, садятся в него.
Но ведь, кроме этого автобуса, по этой дороге редко что ходит. Рыжик знал про это. Потому и время для побега выбрал самое то. Чтобы на автобус попасть. И дальше у него все продумано.
Уйдут они от погони. Уйдут. Если армейские вертолеты с базы не поднимутся. А у них на подвесках мощные ракеты.
Хотя нет, какие к черту ракеты?.. Не будут же вертолеты расстреливать автобус, в котором ни в чем не повинные люди.
— А ты, Рыжик, конкретно все замутил, — сказал Гиря.
Но Рыжик на него даже не посмотрел. Все о своем думает. И на лице напряг. Неужели ничего умного не может придумать.
— Ой, не надо, не надо! — послышался сзади женский голос.
— Надо! — заревел Батон.
Гиря обернулся. Увидел, как Батон завалил на свободное сиденье какую-то бабу.
Мужики, может, и не прочь бабу свою от насильника уберечь. Да куда им? Батон ведь все продумал. Гренку с автоматом против них поставил. Именно потому и спокоен Рыжик. Не одергивает пацанов своих. Пусть веселятся. Сколько ж они за «колючкой» пропарились без баб! Только петухи и самодрочка.
И Гирю на свежатинку потянуло.
