В темной комнате шестого утра, Никита чувствует себя как в сне. Его жена Марта неотразима: ласки и поцелуи превращают его в слушателя любви. Просыпаться становится невмоготу — он остро ощущает бурю чувств, заставляющую шуметь кровь и пульсировать грудь.
Интересно им, гадам, посмотреть, как их «кусок» зэка молотить будет. Гиря с неприязнью наблюдал за ними. В горло бы кому-нибудь вцепиться. Да нельзя…
Хотя почему это нельзя? Автоматы у них опущены. И расстояние до ближайшего метров десять, не больше. Нападения он явно не ожидает. Успеет Гиря добежать до него, сбить с ног. И даже автомат успеет забрать. На этом все — дальше очередь в спину. А умирать не хочется…
Злость испарилась. Осталось только любопытство. Рыжик не брат ему. И вообще, интересно все-таки посмотреть, как прапор будет его месить.
Гиря затаил дыхание в ожидании зрелища. Но произошло то, чего он не мог увидеть даже в самом смелом своем сне.
Лось ударил ногой, но Рыжик уклонился. И вдруг схватил прапора за ногу. Потянул его на себя. Сбросил в яму. Будто бездна поглотила «куска». И тут же короткий вскрик. Глухой удар и тишина.
Все произошло очень быстро. И конвоиры не сразу сообразили, что случилось. Зато смогли понять, что два предмета, полетевшие в их сторону, не что иное, как гранаты.
Гиря тоже сообразил. Но упал в траншею чуть позже, чем солдаты растянулись на земле. Только «лимонки» взрываться почему-то не спешили.
И тут до Гири дошло. Не боевые это гранаты. И даже не учебные. Эту хлебные муляжи. Есть зэки, которые смогли довести их внешний вид до совершенства.
Он приподнял голову выше уровня траншеи. И увидел потрясающую картину. Солдаты по-прежнему лежали на земле. Но уже неживые. В их спинах торчали заточки. А три блатаря торопливо разоружали их.
Рыжик со своими корешами сделали невозможное. Пустили в расход всю охрану. У самого Рыжика пистолет прапорщика. У его сообщников уже автоматы конвоиров.
Это ж надо, все до мелочей продумали. Заточки смогли пронести через шмон, даже гранаты умудрились протащить. А как сработали. Будто всю жизнь тренировались. Точно все рассчитали…
Лихо дело провернули. Мокрое дело… Даже чересчур мокрое… И подумать страшно, что будет с ними, если их вдруг заметут.
Но не дураки же они. Если знали, как от конвоя избавиться, то знают, как из этих краев исчезнуть. И дураком будет Гиря, если не последует за ними…
Надоела зона! Надоела неволя! Все надоело!.. На свободу раньше срока!..
Рыжик поманил за собой всех, кто работал с ним на траншее. Гиря пулей метнулся за ним и его кентами. И еще двое подались за ними. Остальные не решились.
Семеро зэков бежали к реке.
